Дело в том, что лечение в виде «колдунской таблетки» было невозможно. Всё, что знал Дживс и чем владел я — это размещение схемы на затылке, причём без «трафарета» на коже — мне было реально страшновато. С Котей вопросов не возникло, был трафарет и непротивление.

А вот рассказывать Могильщику, какой я охеренные экстрасекс и как заряжаю трёхлитровые банки с водой положительной энергией, просто являясь по телевизору, а, заодно, починю ему мозги и он сможет влезть в Дос… Ну я бы не поверил, без доказательств, вроде приведённых мной девчонкам. А на предложение" «А давай ка, побрей затылок, я там тебе напишу. И точно не слово „Хуй“, честное слово! Тебе от неписаного станет охренительно лучше!» Лично я бы дал в бубен, не один раз, возможно даже ногами.

— Если вам видится необходимым оказать реабилитационное воздействие на Дроя Могильщика, сэр…

— Да нихера не «необходимо», Дживс! Чисто по-человечески… правильно, что ли. И выгодно «Клешне», тоже фактор немаловажный.

— В таком случае, сэр, имеет смысл создать муляж регенерационной камеры, с единственной функцией…

— Усыпления. А пока будет дрыхнуть — накарябаю колдунство на башке.

— Примерно так, сэр.

— Значит, по окончании задания займёмся. Будем считать, что нашли археотех в соседнем секторе. Только он сломаться должен! А то, блин, народным целителем заделаюсь: придётся орду народа целить, а у меня и без того дел куча.

— Понимаю вашу позицию, сэр.

На этом мыслетекстить мы с Дживсом перестали, завалились в Криль, ну и обозначили завтрашний день временем сбора пилотов на «Кистене».

Меня, как мальчишку, подмывало выдать Могильщику, что вот едем за археотехом целительным, но я себя превозмог: ну реально, мало ли что будет, да и вообще, лишнее до срока.

Перекусили уже вместе с Дживсом в «Усладе» и вернулись на «Кистень»: нужно было собирать предварительные данные.

Результаты Дживс с Котей докладывали поздним вечером. Вкратце — соседний Сектор такой же, как наш. Только соседний.

А по деталям рисовалась такая картина: по нашим шахтёрам данных не было вообще: их деятельность не выходила за пределы Сектора, соответственно о существовании добывающей компании данных не было. А привлекать внимание адресным запросом, пусть и программ-аналитиков, ни Дживс ни Котя не хотели. И, в общем-то, были правы.

Далее, планета-цель у нас мне напомнила Марс, точнее то, что я о нём знал. Тяжесть чуть больше трети же, атмосфера кислородно-азотная, но очень разряженная. Жизнь микроскопическая, планктон в нескольких небольших морях животный и растительный. И растительный, не только в морях, по всей планете, что-то вроде мха.

Судя по описанию, через сотню-другую тысяч лет планета полностью лишится атмосферы и станет мёртвым куском камня. А сейчас это была вполне себе красная планета, в которой человек мог не помереть без кислородной маски минут десять-двадцать.

И вот на этой, хер знает сколько сотен тысячелетий помирающей планете, возится шахтёрская компания, да ещё и находит археотех в промышленных масштабах. И, нужно учитывать, что до «зоны покрытия» тригинских телепортационных врат не менее недели досвета, на самом мощном, из современных, корабле.

— Развалины какие-то нашли, — поставил я веский диагноз.

— Высоковероятно, что так, сэр. Известная мне архитектура цивилизационных пиков предполагала использование высокоценных металлов в архитектуре.

— А значит, надо побыстрее туда добраться. Пусть местные не знают о археотехе, но добыча ценных металлов — сам по себе фактор конфликтный. И мы можем, вместо переговоров или конфликта с шахтёрской корпорацией, получить полноценную войну, с непонятно сколь сильным противником.

— А меня смущает, что эта Септериха выдала «корпорация Вега вам доверяет». Нихера оснований для доверяния я не вижу, это раз. И как они собираются проверить нашу честность, по возвращении, это два. Вот честно скажу, я подумал и напрягает меня этот расклад. Пиздец как напрягает! — от сердца вырвалось у меня. — Как бы нас прикопать не решили.

— Основания для подозрений у вас имеются, сэр. Однако вероятность, что Хелиса Септор подобным способом покупает вашу благосклонность — немала. Кроме того, есть индекс Биржи и характеристика личных качеств.

— И что там за гадости про меня накарябали? — резонно полюбопытствовал я.

— «Патологически честен в делах», сэр.

— Вот казлы! — возмутился я. — Сами они дураки, патологические. Кстати, врать я не особо люблю, но могу!

— Правильно написали. Там же про дела, а ты на моей памяти всегда в делах предельно честен, Ан.

— Да блин! Труд должен быть оплачен и наоборот. Это просто разумно, какая нахрен честность, да ещё и патологическая?

— Нормальная, Ан. Вот мне ты, без перспектив и гроша в кармане, положил зарплату высококлассного специалиста сразу. А так не поступают!

— Казлы, потому что, — отметил я, да и махнул рукой. — В общем, думаете не подстава?

— В рамках текущего контракта — не вижу для неё возможности, сэр. Только если Клешню хотят уничтожить руками корпораций соседнего Сектора — но зачем это Веге?