— Еще минут двадцать. А что?

— Поцелуй меня!

— Лилька, нет!

— Почему?

— Потому что тогда мы никуда не поедем.

— А может и не надо?

Ей вдруг показалось, что лучше не ехать в эти гости. Что там может что-то случиться.

— Прости, родная, но ехать надо. Борис мой старинный друг. Неудобно. К тому же я здорово проголодался, а Вика варит такую солянку… Мечта! Ты любишь солянку?

— Ну, как хочешь… — понурилась она.

— Лиль, ты обиделась?

— Нет.

— Ты умница!

Она, разумеется, обиделась. Попросила поцеловать, а в ответ услышала про солянку. Для них все важнее любви… И работа, и жратва… Но я сама виновата, нечего лезть к голодному мужику с нежностями. Ах, Боже мой, это даже хорошо, возникшие было иллюзии рассыпались в прах.

— Ты чего притихла? Устала? Ну еще бы, первый раз за рулем… Ничего, мы уже почти приехали.

— А на ослике можно будет покататься? — решила она сменить тему.

— Нет, это только детям разрешается. А ты так любишь осликов? Хочешь, куплю тебе ослика?

— И он будет жить у меня в квартире? Благодарю.

— Нет. Он будет жить во дворе нашего дома. В Италии ослики не редкость.

Так! Он уже увез меня в Италию! Но тут взгляд ее упал на руки, спокойно лежащие на руле. Боже, какие красивые, сильные руки! Я же люблю его и при чем тут мое самолюбие? Если я из-за своих дурацких амбиций опять потеряю его, то уже второй раз не переживу…

— Хочу! — сказала она. — Ослицу!

— Почему именно ослицу? — улыбнулся он.

— У нее будут ослятки. Ничего прелестнее ослят я не видела!

— А щенята? Котята? А ты видела новорожденных тигрят? А котят пумы? Маленькие все хороши!

— А крокодильчики тебе тоже нравятся?

— Крокодильчики нет, а вот детеныши бегемота прелесть. А зебрята! Ты бы видела… А маленькие жирафы…

— Ты любишь зверей?

— Очень. А ты?

— И я. Но все-таки осленок куда милее бегемотика.

— Вот упрямая баба! — расхохотался он. — Ну, мы приехали!

Ринат погудел у ворот большого участка, обнесенного высокой кирпичной стеной. Ворота раздвинулись. Он въехал на участок. К машине сразу бросилась большущая пушистая собака, с виду совсем не страшная.

Ринат вылез, обошел машинку и достал оттуда сперва Лилю, а потом два объемистых пакета и большую коробку.

К ним уже спешила довольно полная женщина в розовых шортах и белой маечке.

— Ой, надо было купить цветы! — шепнула Лиля.

— Нет, она не признает срезанных цветов. — Вика, радость моя!

— Ринатик! На чем это ты приехал? Это новая мода?

— Викуля, познакомься, это Лиля. И это ее машинка.

— Здравствуйте, Лиля! Очень рада познакомиться!

— Здравствуйте, очень приятно.

— Вика, а где Борис?

— Там! — Вика показала куда-то за дом. — Они уже выпивают! Сам понимаешь! Но скоро обед. Вы идите туда, ребята.

Стол, по случаю хорошей погоды был накрыт в саду. За ним уже сидело человек пять мужчин. Вдоль длинного стола стояли лавки. На конце одной из них спали три кошки. Все черные.

Три черные кошки сразу, как бы чего не вышло, подумала Лиля. В кустах слышались детские голоса. Увидев Рината с Лилей, хозяин дома вскочил, бросился к ним, поцеловал Лиле руку, обнялся с Ринатом. Его лицо показалось Лиле знакомым.

— А я, по-моему, видел вас где-то, дорогая моя.

— Мне тоже показалось…

— Постойте-ка, а вы часом не работали в прошлом году на книжной ярмарке? Да, точно.

— Ой, я вспомнила. У вас была презентация…

Хозяин дома, известный кинорежиссер, выпустил у них в издательстве свою книгу. С ним работала Наташа, но на ярмарке разбираться не приходилось. Наташка тогда сорвала голос, и Лиле поручили провести презентацию, хоть она и была не в теме. Но, кажется, все прошло нормально.

— Вы умница, у вас хватка настоящая, отлично тогда сработали, а я волновался как ненормальный! Первая книга!

— Между прочим, это Борис рекомендовал мне обратиться в ваше издательство!

— Да? — Лиля сразу нежно полюбила этого и вправду славного человека.

— А ты молодец, Ринатик! Какую девушку отхватил! Кстати, Лилечка, давно хотел кого-то спросить из понимающих людей. В чем феномен Семена Беляева? Я пробовал его читать, у меня не получилось. Между тем успех нешуточный, тиражи, реклама… И ведь не детектив, не народное чтиво, но и не литература… Что это? Как? Я, видно, человек старой формации, я не понимаю!