— Вообще ужас! Стыдно как!

Бриг пожимает плечами.

— Почему тебе стыдно? Ты же ничего кошмарного не сделала. Неловко, конечно, я не отрицаю. Но ты, в конце концов, взрослая девушка. Вряд ли твой отец не понимает, что у тебя есть определённые потребности, как и у любого другого здорового человека. Кроме того, Тео, когда будут готовы результаты теста, если я отец Ника, то нам в любом случае придётся ему об этом сказать и как-то объяснить.

Илья натягивает джинсы, пока всё это говорит. Чувствуя, как к щекам приливает жар, я наблюдаю за мужчиной.

Действительно придётся объяснить отцу, каким образом так случилось, что папа Ника не Ренат, а Илья. Это будет ещё более неловко, чем сцена сегодня утром.

А я уже почти на сто процентов уверена, что Бриг настоящий отец моего сына. На пояснице у Ильи красуется абсолютно такое же родимое пятно, как у Никиты. Именно оно тогда привлекло внимание мужчины, когда тот впервые купал малыша.

— И да, Тео, я не считаю, что ты в одиночку что-либо должна объяснять. Я, разумеется, буду с тобой. И возьму полную ответственность за произошедшее.

Снова плюс сто баллов в карму Ильи. С его потенциалом он бы мог в духовные учителя податься.

Оставив радио-няню в кроватке малыша, мы с Ильёй вместе спускаемся вниз и идём на кухню, где сразу же находим отца. Он варит кофе, стоя у плиты. Поворачивается, как только мы заходим, и окидывает нас недовольным взглядом.

— Пап, привет, — первой здороваюсь я.

Подхожу к нему и чмокаю в щёку.

— Ты почему так неожиданно вернулся? Мы тебя не ждали.

— Да я уже понял, что не ждали, — качает он головой.

Илья шутливо мне подмигивает и протягивает отцу ладонь. Тот неохотно её пожимает, на миг оторвавшись от варки кофе.

— С приездом.

— Да уж, спасибо.

От неловкости момента руки начинают дрожать. Очевидно, папа не очень доволен насчёт всей ситуации.

В какой-то степени, я его понимаю, и дело не только в его консервативности, но и в том, что он очень за меня переживал, когда я решила развестись с Ренатом, а потом узнала, что беременна. Наверняка он просто не хочет, чтобы кто-то снова меня обидел, и уж тем более, не хочет навредить Нику.

— Пап, давай, я сама кофе доварю. Ты садись за стол.

Он не спорит, передав мне турку.

Вместе с Ильёй они усаживаются за обеденный стол и в воздухе повисает ещё более неловкое молчание. Правда, его довольно быстро прерывает Бриг, сразу решив вырвать наружу волнующий вопрос с корнем.

— У нас с Теоной всё серьёзно, — заявляет он папе.

У меня аж чуть турка из рук не выпадает.

— Я хочу отношений с вашей дочерью и готов нести ответственность.

Вот же... Резко он.

Отец складывает руки в замок и окидывает Брига внимательным взглядом.

— Илья, ты понимаешь, что моя дочь уже раз столкнулась с бесчестным поведением со стороны мужчины?

— Разумеется, понимаю.

— И ты понимаешь, что я больше не хочу, чтобы она страдала?

Мои догадки относительно его переживаний оказались верными...

— Я не заставлю её страдать.

— Ты так в этом уверен? — отец иронично выгибает бровь.

— Я уверен в том, что готов сделать для этого всё возможное.

— Хмм... Ты осознаёшь, что у Теоны есть сын? От другого мужчины.

На этом вопросе я подвисаю. Резко поворачиваюсь в сторону Ильи и качаю головой.

"Не вздумай ничего говорить до результатов теста!" — кидаю ему мысленный посыл.

Надеюсь, поймёт!

Слава богу, Бриг догадывается, что сейчас не время рассказывать отцу, кто на самом деле папа Ника.

— Осознаю. И также осознаю, что ответственность за воспитание ребёнка ляжет и на мои плечи тоже. Я к ней готов.

Уж не знаю, верит ли ему отец или нет, но плечи его заметно расслабляются, а взгляд становится мягче. Тем не менее, он задаёт следующий вполне логичный вопрос:

— Странно, что у тебя настолько серьёзные намерения сформировались всего за одну неделю. Впрочем, ладно. Посмотрим, что будет дальше, Илья.

— Кофе готов! — я вклиниваюсь в разговор, поставив перед отцом и Бригом две чашки с кофе. — Сейчас сделаю что-нибудь на завтрак...

Как только говорю последнее предложение, через радио-няню тут же раздаётся плач Никиты.

— Иди к сыну. И спусти его сюда. Я соскучился. А мы пока с Ильёй ещё пообщаемся, — почти приказывает папа.

Звучит, как угроза. Но лёгкая улыбка на губах Брига говорит о том, что никакого напряжения он не испытывает.