— Откуда здесь вообще бамбук? — вслух интересуется Фигаэль, взяв всего парочку стволов, в то время как зомби тащит охапку, которую не может полностью обнять.

— Если долго что-то искать, обязательно что-то найдешь.

— Ага, но не факт, что это «что-то» будет равно первому «что-то».

— Главное — не оставлять попыток. А там прорвемся.

— Это звучит тупо. Особенно из уст мертвеца.

— А что не так? — Ашот пытается разглядеть собеседницу. — Меня можно считать символом такого мировоззрения. Типа даже смерть не может стать оправданием. Правда, это вряд ли можно считать моей заслугой. Если бы не тот некромант, разлагался бы себе спокойно.

— Я не пойму, ты рад тому, что восстал из мертвых хотя бы в роли нежити или нет?

Ашоту сказать нечего. С одной стороны ему это очень не понравилось, но с другой ему не нужно выполнять приказы некроманта или самого Темного Властелина. И сейчас он может думать, говорить и путешествовать. И даже есть призрачный шанс того, что Ведьма Западных Полей поможет в его проблеме.

Хотя шанс довольно мал, но вслух зомби это не произнесет, так как знает, что схожие мысли вращаются в головах спутников. Все понимают, что полагаться на незнакомую ведьму не очень дальновидно, но другого плана у них просто нет.

Когда пара доходит до тайного места у реки, то становится свидетелем святого чуда, когда Серафина в привычном облике водит рукой над ведром, а вода начинает сиять. В целях безопасности производства было решено, что Ашот будет рубить бамбук, Фигальэль — вставлять затычки, а Трог поодаль будет разливать готовую продукцию. И всё под ворчание Серафины о том, что она работает больше всех.

— Смотри на это с другой стороны, — советует зомби. — Чтобы освятить воду, тебе приходится тратить божественную энергию. Откуда она берется? От Светлой Богини. Значит, ты тратишь её силы, чтобы высосать деньги у людей. Чем не грех?

— Это скучно, уныло и тупо.

На этом аргументы у Ашота закончились. Через час работы они собрали всё сплетенную корзину и понесли обратно в город, но снова заходить в него не стали и начали продавать прямо у ворот. Серафина снова изменила облик и вместе с Трогом получала деньги и передавала воду, которую охраняет Ашот, приняв зловещую позу с накинутым капюшоном. Фигаэль же организовывала очередь, которая собралась довольно быстро.

Сначала покупатели не поверили, что какие-то проходимцы торгуют святой водой, но стоило открыть одну емкость, как всем стало понятно, что это не обман. Первый покупатель сделал глоток и буквально начал светиться от счастья и божественной энергии сразу. После этого люди повалили, и даже стражники бросили пост, чтобы успеть купить святую воду.

«А круто я придумал. Обычно воду освящают только жрецы, и сами решают, кому дать, а кому нет. Мы же предлагаем просто заплатить и получить её просто так, без молитв и хорошего знакомства с местным пастырем. Главное — не наглеть», — Ашот смотрит в корзинку и понимает, что сотня святых коктейлей из речной воды и ненависти Серафины почти закончилась. Теперь у них точно есть деньги, чтобы продолжить путешествие с комфортом, но теперь на горизонте появляются проблемы в виде двух инквизиторов и жреца.

— Что это всё значит? — громко спрашивает священник с объемной фигурой под жреческим одеянием.

— Дай на лапу, — усиленно шепчет Ашот Трогу, но волшебник и сам знает, как крутится средневековый рынок, поэтому уже усиленно приглашает святого отца подойти поближе. Всё могло бы обойтись, если бы не Серафина, которая уже была злой после работы по освящению и продаже товара, а теперь тут еще нарисовались те, кто олицетворяет ненавистные ей светлые силы.

— Это значит, жиртрест, что тебе стоит укатиться отсюда, пока я тебя не лопнула, как шарик.

Наглые слова замаскированной святой прозвучали в тишине и сделали её почти что гробовой.

«Ой дура…», — тоскливо думает Ашот, готовясь к неприятностям.

Глава 10

Поток брани пришедшего жреца можно охарактеризовать как «бурный словесный понос с примесями кровавых обещаний». Ашот не уверен, что служитель Светлой Богини хоть раз в жизни слышал в свой адрес нечто такое, что сказала Серафина. У Трога аж борода встала дыбом, а Фигаэль успела раствориться в толпе, унося весь заработок.

Зомби понимает, что тоже не хочет оказаться втянутым в конфронтацию, но все равно делает очень странную вещь. Резким движением откидывает капюшон, всем показывая, кто он на самом деле.

— Мо-о-зги! Мне нужны ваши мозги! — Ашот корчит страшную рожу и тянет руки к покупателям.

Крики «караул!» и «зомби!» теперь долетают до ушей с одинаковой частотой, пока инквизиторы борются с толпой, которая пытается убежать как можно дальше отсюда. И хорошо, что все выбрали бегство, а не попытку облить только что купленной святой водой.