За Родину! За Сталина! УрА!!!! Впереди всех рвался в бой.

На данный момент стремаюсь, как пиздюк. Мало ли сделаю, что не так. Тася подумает я неопытный (запрещено цензурой).

Вдруг не смогу ее удовлетворить?

Что тогда?

Как быть?

Прокол я просто не переживу…

Пока Левушка проводил внутренний монолог, волновался, Тася уснула. Девушку вырубило от ожидания, волнения, внутреннего перенапряжения. Милаха аккуратно положил ее на диван, не стал раздевать, боялся разбудить, в одежде лег рядом.

Стояк разрывал на части, парнишка очередной раз побежал передергивать, хоть как-то снять напряжение. Разбудить — заняться сексом, не решился. Причем с любой другой, особенно не раздумывая, так бы и поступил.

Когда на девушку не (запрещено цензурой), она дорога молодому человеку, он жалеет ее всем сердцем, очередной раз потерпит, от дрочки еще никто не умирал. Как бы парень не хотел тепла и ласки, на худой конец есть руки, пусть придется прибегнуть к ним даже не один, двести раз, но, он никогда не нарушит покой любимой. Низко, фу-фу-фу иметь спящее тело.

Левушка так и поступил. Сгорал от желания, не смотря на это укрыл Тасю одеялом, надежней, обезопасил себя от прикосновений, положил между собой и девушкой плед, ему показалось этого мало, добавил три подушки.

Когда дистанция была соблюдена, успокоился, лег рядом. К сожалению в квартире один диван. Пробовал спать в кресле — неудобно. Болят ноги, затекает спина и шея, парень не смог принять удобное положение. Сон не шел, только под утро кое-как Тузик прибился. Левушка улетел в царство Морфея.

Тася проснулась с рассветом, жарко, в шмотках спать не айс, скинула с себя джинсы и свитер, осталась в соблазнительном полу неглиже. Вспомнила сегодня выходной, с чистой совестью продолжила спать дальше.

Привычка подниматься рано утром на работу все таки взяла свое, в шесть тридцать Таська по инерции открыла глаза.

К своему удивлению я обнаружила свою руку и ногу на теле… Левушки!

Запрещено цензурой!

Что за?..

Милаха полностью одетый спал рядом. Тася изумленно смотрела на самое красивое в мире лицо. Когда Лева спит и молчит, производит впечатление миленького ангелочка. Этакий греческих бог спустившийся с небес на землю немного передохнуть от дел праведных.

Он меня не тронул. Даже немного обидно…

Нет, больше приятно. Молодец. Не стал будить, как правило в сексе принимают участие двое. С ним, мне, как-никогда хочется немножко попроказничать. Пошалить. Проявить себя в полной мере.

Без ограничений, внутренних предрассудков. Отпустить себя, довериться партнеру. Сделать приятно ему, а никак обычно только мне.

Значит я ему небезразлична — поведение истинного джентльмена большой показатель.

Тонкие черты лица, чувственные губы, розовые едва тронутые щетиной щечки, прям малыш из сказки.

Маленький принц.

Как же хочется его поцеловать!

Прикоснуться губами к молочной коже, целовать каждый сантиметр бархатной кожи жилистого тела.

Ощутить “ЕГО” внутри себя.

Развратные мысли во всю ведут атаку, тело рвется в наступление.

Казалось бы нет ничего проще:

Вот он лежит рядом, стоит только прикоснуться, разбудить.

Бери не хочу.

Он весь мой!

Блин, а если понравится?

Нет сомнений, будет именно так.

Секс с милахой закрепит зарождающееся чувство…

Только не это. Рядом с ним я сразу стану розовой девочкой, возврата назад не будет. Потеку в его руках. Меня уже можно выжимать, похоже в этот раз я серьезно вляпалась. По самые уши.

Волевым решением Тася заставила себя подняться, быстро приняла душ, разобралась с приготовлением кофе. Стараясь не разбудить, оделась, она уже двигалась к выходу, вот только одна навязчивая мысль не давала ей покоя. Девушка не могла уйти просто так, до боли хотелось бросить последний взгляд на милого.

Ангелочек так манил подойти!

Если я поцелую его на прощание, в этом же нет ничего плохого?..

Тася на цыпочках подошла к милахе, сдерживая волнение присела рядом. Долго любовалась самыми красивыми чертами лица. Не могла сама себе дать отчет:

Как?

Почему?

А главное когда?

Я (запрещено цензурой) момент, они вдруг стали самыми любимыми на свете???

Все до банального просто, произошло само собой. Чем больше Тася сопротивлялась своим чувствам, тем больше они засасывали девушку в пучину страстей.