Баск ушел, пообещав выйти в дорогу ночью, чтобы не терять времени. После его ухода вспомнил про обещанную отварную картошку для Наты. Повар из меня никудышный, но такое легкое блюдо мне было под силу. Картошка девушке понравилась, а узнав, что из одной картофелины можно получить клубней в десять раз больше, Ната загорелась желанием немедленно заняться огородничеством.

— Поздно, темнеет, с утра сам посажу картофель, задействую Илса и Зелу. И вообще, пора Илса делать управляющим, с его руками наш домик будет всегда в порядке.

Вызвав немца с женой, угостил оставшейся картошкой: Илс не был знаком с корнеплодом, придя в восторг от вкуса. Утром показал, как сажать картошку. Оставив Илса с Зелой заниматься этим делом, позвал Богдана:

— Лошади готовы? Нам пора ехать.

— У одной лошади подкова слетела, брат ее отвел к кузнецу, чтобы заменить. Он вернется, и можем выезжать, — почесал затылок гигант.

До возвращения брата Богдана сходил к Терсу, его дворец находился в пяти минутах ходьбы. Терс вместе с Вастом, новым командиром, проводил смотр новобранцев. Увидев меня, радостно поспешил навстречу, хвастаясь:

— Ещё семь человек пришли из дальних поселений, каждый день люди идут.

— Это хорошо, пусть их Васт тренирует, вроде руководитель он неглупый. — Покраснев от удовольствия, новый командир приосанился, требовательно рассматривая строй новобранцев.

— Терс, я выезжаю в Мехик, сатанисты какое-то время не сунутся в Берлин, а если надумают — мы узнаем заранее.

— Главный Дух-Бог скажет? — с восторгом воскликнул Терс, пританцовывая на месте от радости.

— Не станем беспокоить Бога такими пустяками, есть и другие варианты, — ушел я от прямого ответа.

Терс хоть и обещал держать язык за зубами, но рисковать не стоило. Успех миссии Баска целиком зависел от скрытности. Ещё вчера предупредил его, чтобы он всем растрезвонил, что выезжает в Мехик впереди меня, проверяя дорогу на безопасность. Пока оставшиеся в Берлине смершевцы не найдут шпиона, убившего второго связного, следовало соблюдать максимальную скрытность. Ещё раз повторил Васту, чтобы в море на расстоянии двадцати миль курсировал корабль Сирака для раннего обнаружения возможного десанта сатанистов. Два дозорных поста в южном направлении уже были организованы в дне пути от Берлина — в самом сердце Медвежьей балки.

— Терс, Васт, как только будут известия о наших врагах, что они двинулись в путь, шлите ко мне гонца. Дайте ему сменную лошадь, чтобы скакал без остановки, я должен знать как можно скорее. Как только разберусь с Дитрихом — вернусь в Берлин, и если сатанисты не нападут за это время — нападем сами.

Обменявшись рукопожатиями с Терсом и Вастом, вернулся обратно: братья Лутовы уже готовы тронуться в путь. Попрощавшись с Натой и проверив, как идут дела у Илса и Зелы, вскочил на жеребца:

— Вперед!

Из города выехали рысью, переходя на шаг: незачем загонять лошадей. Второй раз путь в Мехик казался короче. После двух ночевок добрались до деревни, где в прошлый раз случился мор животных. Староста уяснил мой урок — жители были довольны своим главой, а скотина вычищена от клещей. Не задерживаясь в приветливой деревушке, продолжили путь. Путешествовать с Лутовыми то ещё удовольствие: пока сам не спросишь, никто из них не заведет разговор.

Назначив Шрама новым командиром гарнизона, я поступил правильно. Понял это, как только добрались до южных ворот. В город нас пропустили только убедившись, что я действительно Макс Са, а мои спутники — Русы. Начальник стражи, немолодой бородатый мужчина, поднял всех своих воинов. Те окружили нас кольцом, пока он вел расспросы. Даже флегматичный Богдан вспылил, оскорбленный количеством уточняющих вопросов главного стражника. Не дав выплеснуться его ярости, жестом призвав успокоиться, я с удовольствием отвечал на все вопросы стражи, касающихся наших персон и цели приезда в Мехик. Когда во мне признали Макса Са, и начальник стражи побледнел, похвалил его:

— Ты всё делаешь правильно, что не пропускаешь в город незнакомых людей. Меня удивляет одно: разве ты не видел меня во время наших боев недавно?

Сконфуженный Прас — так звали командира стражи, покраснел и ответил, что во время боев был ранен на охоте и не участвовал в них.

— Успеешь ещё, скоро будет много сражений. Ты и твои люди допустили одну ошибку — вы слишком близко приблизились к нам. Лучники должны находиться подальше, чтобы видеть всех людей одновременно и успеть выстрелить, если подошли враги. Когда твои лучники очень близко — их просто убьют, и ты лишишься преимущества.

— Я понял, Макс Са, больше не подведу! — Прас покраснел ещё сильнее: кончик его носа от волнения стал лиловым.

— И ещё, Прас, — я остановил лошадь, — прекращай пить ячменку, иначе пропустишь и следующие сражения, — пришпорив лошадь, пустил ее рысью. Хохот сзади у ворот подсказал, что словами о ячменке угодил в десятку.

Не успели мы доскакать до центральной площади, как из боковой улицы вылетел полуголый юноша, в нем я признал Гурана.

— Макс Са! — импульсивный парнишка едва не попал под ноги моего испуганного парнем жеребца. Взвившись на дыбы, животное чуть не сбросило меня на землю; не знаю, каким чудом смог удержаться.