На стену приделали сетку с крючками, на которых и были вывешены различные старые винтовки, а так же ружья. На переднем столе различный обвес и патроны в единичных экземплярах. Коробки с боеприпасами видимо хранятся где-то в другом месте, поскольку здесь никаких сейфов не видно.

— Интересуют винтовки? Прекрасный выбор. У нас, в лавке «Радость Кузьмича» лучший ассортимент качественных двудулок и ружей с продольно-скользящим затвором, — приветливо улыбнулся торгаш, заметив, что я с интересом разглядываю висящее на крючках оружие.

Здесь было много интересного. От винтовок Мосина и до СВТ-38. Что-то более современное отсутствовало, но для городского боя, в умелых руках хватит и Токаревки, не говоря уже об АВС-36, которая имелась в единичном экземпляре. Причем с уже установленным прицелом, универсальным.

— Какая красота, — я одобрительно кивнул. — Эх, жаль что финансы поют романсы. Что хотите за Светку тридцать шестую?

— О, а я смотрю, вы кое-что понимаете, — хитро прищурился мужчина, снимая со стены винтовку и показывая ее с рук. — Превосходный образец, в комплекте к винтовке пять магазинов на двадвать патронов и три магазина на десять. Все еще в оружейном масле, целочка, порохом не целованная. Без раковинок и заедов. Хранилась бережно и с любовью. И вся эта секс-бомба оружейного производства, всего за жалкие полторы сотни продовольственных таллонов!

— Продталлоны? Это что-то новенькое, — усмехнулся я, поглаживая седую бороду. — А не подскажешь, на что смениваются?

— Да все просто, уважаемый. Вон, где кассы были пригородные, сидит квартирмейстер, или по-нашему, старшина. Вот к нему тащишь все что можно, он и меняет на таллоны, если его это заинтересует, — добродушно улыбнулся торговец.

— Благодарю, буду знать, — кивнул я и решил сходить до менялы, заодно глянуть, что же там такое в ходу нынче.

Кассы переоборудовали в настоящую огневую точку. Из трех окон, только центральное было открыто, два боковых представляли из себя пулеметные позиции. Рядом так же дежурила парочка ополченцев.

Там где раньше висела информация по билетам и проездным, нынче расположился список особо востребованных товаров. А именно: батарейки и аккумы, сигареты, алкоголь, консервированная и «сухая» еда, оружие и патроны, лекарства и медикаменты.

Цен на все это нет. Видимо зависит от прихоти старшины и обьемов привезенного. Однако, переговорить с квартирмейстером мне так и не дали.

— Старый, — окликнул меня прапорщик, тот что обычно выступал секретарем Престнякова. — Группа готова, вас ждут на парковке.

Согласно кивнув, отправился к этому отряду самоубийц. Даже интересно, что же там за фрукты, раз им не хватило полутора суток и потребовалось еще два с половиной часа на доподготовку…

Тревога Феди быстро передалась и мне. Команда собралась воистину героическая.

У микроавтобуса с гордой надписью «ХЛЕБ» на перевернутых ящиках сидели представители элиты разведки. Навскидку я определил всего двоих, в смысле по их специализациям, остальные же были для меня, как темный лес.

Механик-водитель в черной танковой спецовке и явно не особо трезвом состоянии. Практически двухнедельная щетина, свежий синяк чуть ниже левого глаза и сечка на переносице. Он сидел ближе всех к машине и мирно похмелялся баночкой пива, то и дело прикладывая холодную жестянку к голове.

— Горелый, ну как ты? — суетился рядом отрядный медик.

Его можно было определить по белой повязке с красным крестом, натянутой на рукав синей спортивной куртки. Через плечо у него перекинута стандартная сумка медицинская, санитарная, она же пресловутая СМСка. Абсолютно бесполезная штука для полей, особенно если учесть, что все содержимое морально устарело еще сотню лет назад.

— Жить буду, — отозвался танкист и вяло усмехнулся. — Правда, явно не долго. Во, гляди, какой партизан.

Мда, из всей группы на военного хоть как-то походил только я. Остальные пятеро представляли из себя бомжей-спортсменов. Заросшие неухоженными бородами, грязные и неопрятные вахабиты в спортивно-походных костюмах.

Медик в лёгкой, синей, то ли ветровке, то ли бегунке, накинутой к черным треникам. Два стрелка, что были похожи друг на друга, с разницей лет эдак в пять, одеты в легкие «горки» первых версий. Ну а взрывотехник… Попросту неописуем. Это самый настоящий нохчи. Кавказец, укутавшийся в какую-то бекешу, спокойно покуривал небольшой кальян.

— Здравы буде, мужики, — поприветствовал я всех. — Ну что, все готовы? Будем знакомы, позывной «Старый», авиаинженер.

— Шахид, — удовлетворительно кивнул кавказец. — Бывший командир отделения разминирования. Ныне просто пиротехник.

— Горелый, — представился мехвод и в очередной раз придожился к пиву. — Буду вашим водилой. Трезвым по тем местам не поеду из принципа. А вот это медицинское недоразумение: Аскорбин. Пацан ещё, только медучилище окончил, так что как фельдшер он так себе. Если что, я вместо него вытаскивать буду.