– О, да, как раз для обеда, – подхватила девушка одеяние, – я помогу вам одеться.

– Спасибо, но я сама, – мягко улыбнулась, забрав платье у Ниреллы.

Через пять минут мы шли по галерее. Прислуга проводила меня до столовой на первом этаже, которая находится рядом с кухней.

За длинным столом с красной скатертью сидели мои кровные родственницы. Все в белых платьях и блондинки разных оттенков.

Во главе на стуле с высокой спинкой восседала Олинирия.

– А вот и наша онанна! – воскликнула жрица, как только увидела меня.

Все повернули головы в мою сторону. Десять пар глаз пристально рассматривали меня. От такого внимания я поежилась.

– Ну же, не бойся, – ухмылка проскользнула на лице жрицы. – Садись, твоё место здесь, – она указала на стул слева от неё.

Я осторожно прошла к месту и опустилась на стул.

– Вот, сёстры! Это дочь Элирии!

– Олинирия, ты уверена? – женщина лет пятидесяти, самая старшая среди них, посмотрела исподлобья на меня.

– Да, Изерия, уверена. У Лианирии кулон её матери. И возраст совпадает, – твёрдо произнесла моя тётя.

– Лианирия? – покосилась я на родственницу.

– Да, дорогая, это твоё имя, которым мать нарекла тебя.

– Созвучно с тем именем, что мне дали приёмные родители, – слегка удивилась я.

– Да, забавно, – ухмыльнулась жрица. – Позволь, сёстры представятся.

– Я Изерия, твоя пра-пра-прабабушка, – начала самая старшая женщина, сидевшая на противоположном конце стола. – Добро пожаловать домой, деточка.

– Спасибо, – склонила я голову. Сколько ей лет? Не меньше ста. Хорошо выглядит, однако, бабулька.

– Я Ленария, старшая дочь Изерии, твоя, соответственно, пра-прабабушка, – представилась женщина лет сорока, сидевшая рядом с Изерией.

– Милария, я младшая дочь Ленарии, – открыто посмотрела на меня женщина средних лет.

– Я Амалирия, младшая сестра твоей бабушки, – произнесла довольно молодая женщина на вид лет тридцати пяти.

– Делария, я старшая дочь Амалирии, – юная женщина улыбнулась, поглаживая свой выпирающий животик. Ох, да ей ведь скоро рожать!

– А это мои дочери Глалерия и Криспирия, – указала Делария на двух девчонок лет четырнадцати и девяти. Те склонили молча головы. Ладно, потом разберёмся, кто из них кто.

– А это мои кровиночки, – улыбнулась мягко Олинирия, указав на двух девочек почти такого же возраста, что и дочери Деларии. – Иллария и Енария.

– Приятно познакомиться со всеми вами, – искренне произнесла, удивляясь, сколько родственников обрела я в миг.

– А почему все имена заканчиваются на – рия? – заметила я особенность имён ведьм.

– Это имена первого круга, – спокойно ответила жрица, – у второго круга заканчиваются на – ния, у третьего на – лла.

– Однако, какая интересная у вас субординация, – покачала я головой. – А где же бабушка и прабабушка? – вопросительно оглядела я родственниц.

Воцарилось молчание. Все женщины, как сговорились, опустив глаза.

– Твоя бабушка, моя мать, умерла, – начала Олинирия, вздохнув. – Её убили.

– Кто? – выпучила я глаза, не думала, что такое возможно.

– Твоя мать, Элирия, – резко ответила она, сжав рукой салфетку.

В горле встал ком. Вот это поворот!

– Твою мать казнили за вероломное убийство! – как пули, прошли уши резкие слова.

Я не знала, что ответить.

– Неожиданно, – выдохнула я. – А прабабушка? Тоже убита?

– Её имя запрещено произносить в этом доме! – отчеканила жрица, не моргая. – Она изгнана из круга общины!

– Изгой, значит, – задумалась я. – А за что?

– За предательство! – кратко и ничего не понятно.

Все молчали, склонив головы. Только Олинирия резко вела со мной разговор. То ли от злобы и ненависти, то ли от страха. Что-то неуловимое сквозило в её глазах, но она пыталась всем своим строгим видом скрыть это.

– А как же я оказалась на запрещённой Земле? – надеюсь, узнаю сейчас эту тайну.

Олинирия сглотнула, отвела взгляд.

– Когда раскрыли, что Велирию убила старшая дочь, – слова с трудом давались жрице, – мы пришли к комнате, чтобы схватить её и предать суду. Элирия закрылась в уборной, набрала в купель воды и открыла портал в другой мир. Она отправила тебя, но не успела сама скрыться, воды было слишком мало, чтобы перебросить взрослую женщину. Мы взломали дверь и схватили её.

– Когда я родилась? – камень лёг на сердце, услышав историю матери. – Кто мой отец? – но надо дойти до конца.