Каждый был занят своим делом. От него же требовалось только одно. Стрелять. Много и на максимально возможный результат. В общей сложности он выпустил две сотни патронов, по двум мишеням. Попросили его и несколько раз промахнуться. В смысле не мишеней, конечно, а не попасть в яблочко. Для исследований необходим был контраст.

В ходе стрельб, лично Виктор вынес для себя только тот факт, что кучность винтовки стала лучше как раз в те самые полтора раза, о которых и предупреждал Эфир. Но по всему выходило, что Туманова интересовало не это. И судя по его довольному виду, и улыбкам ассистентов у них что-то там очень даже ладилось.

Потом стрелял не в мишень, а в броневые листы, на которых нарисовали белой краской небольшие кружочки. Как заявил Туманов, им необходимо проверить не только бронепробитие артефакта и винтовки, но потребуется и точная стрельба. Как впрочем и промахи.

По броне он стрелял и обычными пулями, и бронебойными. Результат «Горки» вновь превзошел обычную винтовку в полтора раза. Так, бронебойная пуля уверено пробивала лист брони толщиной в пятнадцать миллиметров! Да это результат крупнокалиберного пулемета?

Получается, что он с «Горкой» в состоянии выйти против многих танков, которые имели, по сути, только противопульную броню. Причем мог выбивать членов экипажа на выбор, что не так уж и сложно. В тесном боевом отделении не больно-то и развернешься.

Активировал он артефакт в прошлый раз. Но именно сегодняшний день мог назвать их первым знакомством. И признаться, оно его искренне радовало. Единственная тень, омрачавшая это событие, слишком большой расход ресурса. Десять тысяч выстрелов, которые в прошлый раз показались ему огромным запасом, сегодня уже таковым не казался.

— Как у вас дела, молодые люди? — бодро поинтересовался появившийся на импровизированном стрельбище Дубков.

— Все просто замечательно, Клим Юрьевич, — улыбаясь заверил Туманов. — Но вам предстоит выслушать недовольство от многих, кому наша пальба пришлась не по душе.

— Увы. Нет в жизни совершенства. Ничего. Если результаты и впрямь меня порадуют, то настроение мне это не испортит, — отмахнулся он.

Потом подошел к аппаратуре и поздоровавшись с ассистентами, начал просматривать простыни разлинованной бумаги с зигзагами от самописцев. И судя по его довольному виду, результат его явно радовал. Тут еще и Туманов, обративший его внимание на какой-то момент, отчего профессор не удержавшись даже потер руки.

Тем временем Виктор начал одеваться. А на стадионе появились студенты в спортивной форме. Нестеров невольно залюбовался девичьим многообразием. Еще бы, если их спортивная форма была сравни пляжным купальникам, призванным не столько скрывать женские прелести, сколько их подчеркивать. И это на фоне того, что обнажать свои части тела во многом считалось неприличным. Н-да. ну это смотря с чем сравнивать. Если с модой двадцатилетней давности, так сегодняшние представительницы слабого пола проявляли прямо-таки распущенность.

Студенты так же были облачены в трусы и майки. Но девушки отчего-то не обращая на них внимания, поглядывали на Виктора. Он конечно не питал иллюзий относительно своей неотразимости. Тут всего-то дело в новом, не примелькавшемся лице. Но плечи невольно распрямились, а движения стали плавными, преисполненными достоинства, и где-то даже нарочито вальяжными.

Эта игра прекратилась с появлением физрука, который резким свистком возвестил о начале занятий. Студенты быстро построились, после чего приступили к пробежке. Ну и Виктор уже полностью оделся, а потому обратился к Дубкову, благо тот вроде бы закончил первичный осмотр результатов опыта.

— Я так понимаю, что дела настолько хороши, что во мне вскоре отпадет всяческая необходимость, — произнес Нестеров.

— Дела, не надо лучше, — огладив бородку, с нескрываемым удовлетворением ответил профессор. — Но это только в том, что касается первого шага, Виктор Антипович. А сколько их предстоит еще сделать. Но все начинается именно с него. И если он начинается вот так гладко, это серьезная заявка на успех.

— А были и неудачи?

— Без неудач, нет движения вперед, Виктор Антипович. К сожалению, так гладко, как с вами, случалось далеко не всегда.

— Я еще поди расстреляю весь ресурс «Горки», — вроде и не хотел показывать своего сожаления по данному поводу, но не смог с собой совладать.

— Увы. Всем нам приходится чем-то жертвовать. Бросьте, Виктор Антипович. Я же пошутил. Но примерно половину ресурса да, мы используем. Увы.

Дубков отдал необходимые распоряжения, и ассистенты начали сворачивать аппаратуру. Далее им предстояло продолжить работу с результатами опыта в лаборатории. Сам же профессор направился в сторону учебных корпусов. И Виктор поспешил к нему присоединиться.