Я словно в трансе смотрела, как Балидор, Деклан, Чинья и Торек направляли всех.

Они проводили каждого за руку, одного за другим, сжимая их пальцы, дотрагиваясь до рук и похлопывая по спинам, чтобы побудить двигаться вперёд.

Я видела, как Балидор мягко подводил их к двери в конце очереди прямо перед тем, как светящиеся кристаллы полыхали ярче, и очередной прошедший скрывался в узком проёме.

Я наблюдала, как Деклан и Торек шутили с проходящими мимо людьми и видящими, улыбались, говорили им оставить своё имущество, говорили, что они увидятся по ту сторону, уговаривали их и успокаивали, время от времени рявкали на толпу, чтобы все поддерживали порядок и двигались быстро.

Я прислонилась к каменной стене, снова держа руку Ревика и глядя на это как во сне. Ревик тоже смотрел молча, как и Лили, которая прислонялась к скале по другую сторону от него, положив свою влажную голову на его абсолютно промокшее плечо и держа обеими ручками его ладонь.

Какой-то части меня это действительно казалось сном, чем-то не совсем реальным.

Столько всего ощущалось нереальным.

Врег рассказал мне про Чандрэ.

Чандрэ пожертвовала собой, чтобы Балидор и остальные смогли выбраться из командного центра и добраться до остальных здесь. Она увела одну из тех ищеек-гибридов подальше от населённого сегмента верхних пещер, зная, что ищейка её в конечном итоге догонит, убьёт и сожрёт.

Пока что я даже не могла заплакать, но с тех пор, как Врег рассказал мне об этом, в моём горле стоял жёсткий ком.

Джина и Локи наконец-то оторвали Данте от Викрама, чтобы оттащить его и остальные тела к краю пещеры, иначе их затоптали бы.

Наверху всё было тихо с тех пор, как я запечатала дыру в потолке.

По словам Врега и Джона, наверху было жарко как в аду.

Деревья и растительность всё сильнее разгорались, начиная от соседних гор и плато и дальше, в каньонах и долинах. Судя по данным нескольких спутников, к которым удалось получить доступ, большая часть пустыни горела. Врег сказал, что солдаты Миферов или погибли, или бежали от пожаров и солнца.

Некоторые, видимо, попросились спуститься сюда и пройти через дверь с остальными.

Я разрешила пропустить их через баррикады при условии, что их разоружат и тщательно просканируют.

И всё же их численность была относительно невысокой.

Меньше сотни. Врег сказал, от силы восемьдесят или восемьдесят пять.

Мысль о том, что наверху горит столько людей, заставила меня поморщиться, но сейчас я ничего не могла с этим поделать. Если они предпочтут умереть ради своих богов-Дренгов, но не станут якшаться с великим Сатаной (то бишь, со мной и Ревиком), это их право.

Меня куда сильнее волновали другие города Тени, если честно. Мне сказали, что во все города и горячие точки послали сообщение, как только Данте подтвердила, что моё открытие двери открыло все остальные.

Та, что в Ватикане, оставалась неактивной, как я и подозревала, но та, что в Пекине, открылась вместе с остальными, и это стало облегчением. Мы получили благодарное послание от видящих Лао Ху, которые уже проводили через неё людей и видящих, заточённых под землёй со времён ядерной бомбежки Пекина.

Солдаты Миферов расстреливали гражданских, которые пытались получить доступ к дверям в подконтрольных им городах Тени. Однако нам сказали, что в Дубае, Нью-Дели и Лхасе их одолели чисто за счёт большой численности, несмотря на значительные потери. В Цюрихе, судя по всему, армия Миферов сложила оружие и капитулировала, увидев, что происходит с солнцем.

Мы не получали новостей из Гонконга и некоторых других городов, но, похоже, во многих городах Тени, ещё не захваченных Миферами, армия помогала проводить людей через двери, а не пыталась остановить их.

Никак нельзя было узнать, сколько людей умрёт от этого.

Я знала, что погибнут многие.

Наверное, жертв будет не так много, как от С2-77, но да… много.

«Не думай об этом, детка, — пробормотал голос в моём сознании. — Не сейчас».

Я перевела взгляд, и Ревик улыбнулся мне, поцеловав мою ладонь. Жар его света скользнул по мне, и от привязанности и любви что-то в моей груди расслабилось.

Я знала, что он прав. Сейчас уже ничего не поделаешь.

Уже не осталось времени на сомнения.

Всё кончено.

Да даже если не кончено, то определённо миновало точку невозврата.

Усмехнувшись, Ревик послал импульс согласия.

«Думаю, можно с уверенностью сказать так, да, жена, — снова поцеловав мою ладонь, он притянул меня поближе. — Мы сделали всё, что могли. Мы спасём столько людей, сколько сможем».

Я кивнула, прислонившись к его груди напротив Лили и положив голову на другое его плечо. Улыбнувшись ей, я погладила её щёку пальцем.