– И поэтому ты привезла с собой белого ребенка? – спросил Черный Волк, хотя уже сам пришел к этому выводу.

– Мы с Джессикой стали как сестры. Она рассказала мне о своем прошлом, а я поделилась с ней своим. И мы поклялись друг другу: если что-нибудь случится со мной, она найдет способ доставить к тебе Белого Орла, а если…

– Ты хочешь отвезти ребенка обратно к белым? – спросил Черный Волк.

– Сначала я должна вырастить Кристину, – решительно заявила Мерри.

Черный Волк, казалось, был потрясен этими словами. Мерри подождала мгновение, но продолжила:

– Джессика не хотела, чтобы Кристина отправилась домой, в это место, называемое Англией, пока не станет взрослой. Мы должны воспитать Кристину сильной, муж мой, чтобы она смогла выжить, когда вернется к своему народу.

– Я не понимаю этого обещания, – признался Черный Волк, качая головой.

– Я узнала все о семье Джессики. Она бежала от своего мужчины. Она сказала мне, что этот скверный человек пытался убить ее.

– Все белые мужчины скверные, – заявил Черный Волк.

Мерри кивнула. Не потому, что она была согласна с мужем, но ей хотелось умиротворить его.

– Каждый день Джессика открывала книгу, которую называла своим дневником, и писала в ней. Я пообещала сохранить эту книгу для Кристины и отдать ей, когда она будет готова отправиться домой.

– Почему этот мужчина пытался убить свою жену?

– Я не знаю, – призналась Мерри. – Но Джессика считала себя слабой женщиной. Она часто говорила об этом своем недостатке и умоляла воспитать Кристину сильной, как воина. Я ей все рассказала про тебя, но о своем мужчине она говорила мало. Джессика имела дар предвидения, муж мой. Она с самого начала знала, что никогда не увидит свою дочь взрослой.

– А если я не соглашусь? – спросил Черный Волк.

– Тогда я должна буду уйти, – ответила Мерри. – Я знаю, как ты ненавидишь белых, однако именно белая женщина спасла твоего сына. Моя дочь станет такой же отважной.

– Ее дочь, – резко поправил Черный Волк. Мерри покачала головой. Черный Волк прошел мимо нее и встал у воды. Он долго вглядывался во тьму, и когда наконец повернулся к Мерри, выражение его лица было жестким.

– Мы выполним это обещание, – объявил он.

Прежде чем Мерри успела высказать ему свою благодарность, он поднял руку.

– Подсолнух стала женой три лета назад и до сих пор не принесла ребенка своему мужу. Она будет заботиться об этой белокожей девочке. Если моя сестра не захочет, найдем другую женщину.

– Нет, мы сами должны воспитать ее! – решительно заявила Мерри. – Она теперь моя дочь. И ты тоже должен в этом участвовать, Черный Волк. Я обещала сделать Кристину сильной, как воин. Без тебя…

– Я хочу, чтобы ты вернулась ко мне, Мерри, – сказал Черный Волк. – Но я не могу взять этого ребенка в свой дом. Нет, ты слишком многого просишь.

– Значит, так тому и быть, – прошептала Мерри. Ее плечи безвольно опустились.

Черный Волк прожил с Мерри достаточно долго, чтобы понять, что сейчас она, несмотря на внешнюю покорность, полна упрямства и решимости.

– Какая разница, кто воспитает ее – ты или кто-то другой?

– Джессика умерла, веря, что отдает ее в мои руки. Девочку нужно научить выжить в мире белых людей. Я хвасталась перед Джессикой твоей силой, муж, и я…

– Тогда мы никогда не отправим ее обратно, – заметил Черный Волк. Мерри покачала головой.

– Я никогда бы не попросила тебя нарушить твое слово. Как ты можешь просить меня отказаться от моего обещания?

Черного Волка охватила ярость, и Мерри снова принялась плакать.

– Как ты можешь хотеть, чтобы я осталась твоей женой? Меня обесчестил твой враг. Я бы убила себя, если бы со мной не было Белого Орла. А сейчас я несу ответственность за жизнь еще одного ребенка. Я не позволю никому другому воспитать ее! В душе ты знаешь, что я права. Будет лучше, если я увезу Кристину. Мы уедем завтра.

– Нет! – воскликнул Черный Волк. – Я никогда не переставал любить тебя, Мерри. Ты вернешься ко мне этой ночью.

– А Кристина?

– Ты воспитаешь ее, – уступил он. – Ты даже можешь называть ее своей дочерью, но она принадлежит только тебе. У меня лишь один ребенок – Белый Орел. Я пущу Кристину в мой вигвам, потому что ее мать спасла жизнь моего сына. Но этот ребенок не найдет места в моем сердце, Мерри. Я не буду обращать на нее никакого внимания.

Мерри не знала, как отнестись к такому решению мужа. Тем не менее она вошла в его вигмам той ночью и принесла с собой дочь.