– Действительно помогает, - кивнул Арчи; - Хочешь верь, а хочешь нет, но он создает вокруг себя какое-то положительное биополе. Всерьез разбираться с этим пока некогда. Но, между прочим, на некоторых планетах с давних пор считалось, что, например, домашний кот, улегшийся на рукопись или на шитье, это добрая примета, Сулит удачу в работе.

Макадрил совершенно по-человечески протянул Язону маленькую пушистую лапку, и тот, нежно пожав ее, вынужден был признать, что зверек и впрямь приятен в общении.

– Так чего же интересного ты нарыл в архивах?
– Язон решительно перешел к делу.

– Садись и слушай. Давай начнем с самого простенького открытия. Я тут прокрутил запись Признаний Энвиса, любезно предоставленную нам Крумелуром, и не мог не обратить внимания на один любопытный термин. По словам этого чудака, праматерь всех суперфруктов - неведомое растение, привезенное издалека и до сих пор выращиваемое кетчерами, называется странным именем тролъск фликт. Шведским я, в отличие от некоторых, не владею, но словари-то на что? Вот и заглянул. Подозреваю, что ты мысленно Перевел название на меж-язык, получил незатейливое словосочетание "волшебное бегство" и успокоился - для наркотика название вполне естественное. А я, раз уж полез по словарям шастать, не поленился перетолмачить доброе имя первого суперфрукта на эсперанто...

Язон уже понял.

– Куро магиа!
– ахнул он.
– То есть тот самый божественный плод куромаго с планеты Элеодос!

– Вот именно, - кивнул Арчи.
– Кто-то или что-то навязчиво подбрасывает нам вновь одну и ту же гадость. Бруччо был близок к этой разгадке, когда докопался до биохимической природы чумрита, но, видишь ли, у пиррян есть дурацкое свойство быстро выкидывать из головы все, что не касается впрямую их родного Мира Смерти. Вот Бруччо и не сумел вспомнить про странную планету Элесдос, куда мы залетали по пути на Эгриси и совсем ненадолго. А я-то сразу вспомнил, только искал подтверждения.

– Арчи!
– объявил Язон.
– Как говорят буканьеры на Джемейке, снимаю шляпу и бросаю в пыль. Ты обыграл меня на моем же поле - на поле лингвистики.

Арчи скромно улыбнулся, а папегойский макадрил, словно поняв все, о чем тут говорили, весело по-птичьи закурлыкал.

– Но... погоди-ка!
– решил не сдаваться Язон.
– Спешу напомнить новоиспеченному филологу: девушки на Элесдосе говорили не только на эсперанто, но и на меж-языке. Иными словами, мы не знаем, какой язык был в действительности родным для аборигенов, точнее - аборигенок.

– Согласен, - сказал Арчи.
– Ну и что?

– А то, что куро магиа - это еще не совсем куромаго. С чем связано искажение? Вот, например, с итальянского можно перевести фонетически точно: куро маго - это "заботливый волшебник". Еще интереснее получается испанское прочтение: кура магно - "великий священник" или "великий целитель"...

– Ладно, - перебил Арчи, - не дави меня интеллектом, а то сейчас расскажу, что по-русски это получается курица, купленная в магазине, или, скажем, табак, завернутый в бумагу.

Язон даже не сразу сумел ответить.

– Ты еще и русский знаешь?! Когда успел выучить?

– Нет, - успокоил его Арчи.
– Русского я не учил и совсем его не знаю.

Просто успел основательно полазить по библиотеке. Любопытно было. Увлекся.

– Арчи, - Язон внезапно помрачнел.
– А у нас есть время заниматься подобной чепухой?

– Это не чепуха, - возразил Арчи.
– Плоды куромаго мы тогда все ели, и никто не стал наркоманом. Не было такого быстрого привыкания. И я должен разобраться, в чем тут дело. В сущности, это важнее, чем вся высокотемпературная нечисть там, под землей. По-моему, ни одна планета не должна быть тюрьмой. Ты согласен?

– Спасибо, Арчи, - сказал Язон, ведь он тоже теперь стал узником Моналои.

– Но все равно мне жаль твоего времени.

– А у меня теперь очень много будет времени, - странно ответил Арчи.
– И как раз для решения этой проблемы.

– Что ты имеешь в виду?
– спросил Язон, почуяв нехороший намек.

– Смелее, смелее, - грустно усмехнулся Арчи.
– Ты ведь уже догадался. Я вчера кормил Мальчика кашкой из айдын-чумры, ну и сам за компанию попробовал...

– Какого мальчика?
– тупо переспросил Язон.

– А-а, ты не знаешь? Это я своему макадрилу дал такое прозвище.

– Зачем ты это сделал, Арчи?

– У хорошего зверька должно быть хорошее имя.

– Перестань дурачиться, - устало поморщился Язон.
– Что сказала Миди?

– Ничего. Она пока не знает. А ты должен понять: без собственных индивидуальных переживаний мне эту проблему не решить.

Язон надолго замолчал - Потом глубокомысленно произнес:

– А не пора ли нам спать? Все-таки завтра важная операция.