–  Мамин сын?

— Это точно. — посмеялась Лера и набрала в телефоне номер мужа. — Стас, дорогой, еще одну минуту…

— Лера, ничего страшного, тебе лучше идти к ним. — успокоила подругу, которой стало неловко оставлять меня одну. — Мне тоже уже пора. Спасибо, что выслушала меня.

— Обязательно заглядывай в гости, дорогая. — Она поцеловала меня на прощанье. — И обещай звонить, я переживаю.

— Хорошо…

Я смотрела вслед Лере, которая спешно покидала кафе и бежала к мужу и сыну. На мгновенье время остановилось, и все вокруг перестало существовать, кроме одной картины — Лера крепко прижимает к себе малыша, целует, обнимает и нежит его. Макарчик — счастливый карапуз, купающийся в материнской заботе и любви, и находящийся под защитой сильного папы, с которого он в будущем будет брать пример.

Когда образец семьи, о котором мечтала, исчезает из поля видимости, я возвращаюсь в реальность… В которой я растерянно и одиноко стою возле входа в кафе и не знаю, что делать дальше.

Меня окликнул знакомый мужской голос, и я вздрогнула от неожиданности. На парковке стояла наша машина, а рядом с ней мой водитель Женя. Что он здесь делает?

— Наталья Дмитриевна, вам необходимо ехать домой.

— Еще какие будут указания? — помещаю свое возмущение в вопрос, надеясь, что у Жени хватит совести сбавить тон.

— Богдану Олеговичу не понравится, если вы будете так своевольничать.

— Что?

— Я ваш водитель, и мне велено вас возить.

— Значит, все уже доложил, да? — усмехнулась я и тщетно огрела презренным взглядом каменное лицо водителя.

Я понимаю, что он выполняет свою работу, но начинаю сомневаться, что он человек, способный чувствовать.

На встречу с подругой я добралась на такси, проигнорировав услуги водителя. Кроме Валентины никого не стала предупреждать, я не обязана отчитываться за каждый шаг, тем более перед своим водителем. Но этот шпион видимо выследил меня — что не сделаешь, чтобы выслужиться перед хозяином. Что ж премия ему обеспечена.

Женя открыл передо мной двери, приглашая внутрь. Я не стала сопротивляться и села в машину, попутно строя планы на вечер.

Я должна поговорить с мужем. Моя попытка номер два.

К ужину я основательно подготовилась. Сама выбирала меню, делая акцент на предпочтениях Богдана. Но это всё — подстраховка, подушка безопасности, дополнительный бонус — какое слово лучше подойдет, если я хочу задобрить мужа?

Богдана еще не было дома, и я измеряла гостиную шагами, поглядывая то в окно, то на часы.

— Во сколько он обычно приезжает?

— Всегда по-разному. — ответила Валентина, сервируя стол. — У вас сегодня особенный ужин? Вы прекрасно выглядите.

— Спасибо. Можно и так сказать.

Комплимент Валентины заставил меня мельком глянуть в зеркало, поправить волосы и пригладить естественные складки на платье. Я перерыла весь шкаф, чтобы найти подходящий наряд — почти вся одежда сидела не по фигуре. В последнее время я похудела и стала более костлявой, поэтому подобрать что-то годное было крайне трудно.

Я остановилась на платье с запахом сливового цвета, оно очень женственное, и его струящийся низ удачно скрывает угловатость форм.

Совет Леры подвигнул меня посмотреть на себя со стороны и привести в порядок все, что я запустила. Чтобы не уводить грустные глаза от собственного отражения, а наоборот, чувствовать себя увереннее. Я даже нанесла легкий макияж — подкрасила ресницы и придала цвет губам.

Когда ждешь, время тянется очень долго. Минуты превращаются в часы. От этого захлестывает большее волнение, которое я пытаюсь успокоить. Выходит плохо, и я начинаю перебирать в голове заготовленные фразы для предстоящего разговора.

— Приехал. — сказала Валентина, выглядывая в окно, и улыбнулась мне. — Можно подавать ужин?

— Да…Да. И вино, пожалуйста. — голос выдал волнение, и я тут же прочистила горло, что собраться духом.

Невозможно найти себе место — располагаюсь то на диване, то у стола, сажусь и потом снова встаю. В итоге, я устроилась в проходе со сложенными ладонями у живота.

Все будет хорошо… Пытаюсь успокоить себя и делаю вдох полной грудью, но воздуха слишком мало. Он кажется мне спёртым, и от этого я чувствую легкое головокружение.

Слышу звуки в холле — это зашел он. Снимает обувь, бросает ключи на тумбочку, шаркающие звуки по полу становятся все звучнее и приближаются к гостиной.

Первое, что я вижу — его тень, затем его силуэт, который остановился в дверном проходе. Я замираю и выдавливаю легкую улыбку. Богдан удивленно приподнимает бровь и скользит по мне озадаченным взглядом с ног до головы.

Тишина становится невыносимой, и я обрываю пытку ожидания.

— Ужин готов. Ждем только тебя.

Богдан навалился спиной на стену и засунул руки в карманы брюк. Он осматривается и не понимает, что происходит. Хочет уловить подвох.