Новая стрела пропела чуть печальнее первой и попала в цель, правда, совсем не туда, куда целилась я, но все же – не мимо ствола!

 Аббас отошел от меня и улыбнулся.

– Завтра я принесу мишени, – произнес он. – Кажется, я нашел твое оружие, повелительница Майрам.

 Я обернулась и посмотрела на мужчину широко улыбаясь.

– Вы будете учиться стрелять из лука, и я помогу вам овладеть мечом…

– Как быстро я смогу научиться? – вдохновленная попаданием в цель, спросила я, глядя на Аббаса сияющими глазами.

– Все будет зависеть от повелительницы! – ответил мужчина и чуть поклонившись, добавил. – От упорства и труда! Без этого никак!

 Я уронила взгляд на свои руки, сжимавшие оружие за рукоять. Посмотрела на широкие «плечи» лука и поняла, что мне нравится это оружие. Как сказал Аббас – оно для меня.

– Повелительница! – снова поклонился мужчина и добавил, хитро улыбаясь. – Продолжим?

Глава 5

 Ветер снова принес с собой запахи моря и шум прибоя. Сидя на балконе и глядя на горизонт, за которым синяя бездна поглощала красный шар солнца, Тахира впервые, после своего приезда и свадьбы, по-настоящему горевала.

 Сегодня у нее снова пошла кровь. Она не была беременна. Долгие дни надежды и ожидания пошли прахом, рассыпались, так и не сбывшись.

 Молодая женщина закусила губу и вздохнула. Не в ее привычке было вот так опускать руки, но после того как придворный лекарь подтвердил беременность наложницы принца, она поняла, что глупенькая и недалекая Дилия в этот раз обошла ее.

«А если она еще первая родит сына Акраму!» – подумала принцесса и встала на ноги, приблизившись к краю балкона. Именно об этом думать ей хотелось меньше всего, но злые мысли так и норовили укусить изнутри, раззадоривая сердце и заставляя Тахиру сомневаться в себе самой.

 Принц посещал свою жену почти каждый день. Оставался с ней на ночь и эти ночи они проводили, как и полагается молодым, но лоно Тахиры снова оказалось пустым.

«Неужели я буду как Сарнай?» – подумала она и сложила руки на груди. Что если боги наказали ее за то, что так часто упрекала в бездетности рыжую воительницу?

 А Дилия теперь ходила по сералю, словно хозяйка. Акрам, едва узнав о беременности своей наложницы, тут же передумал отправлять ее из дворца, как было решил сделать из-за жены. Но теперь все изменилось. И пусть в сердце принца Акрама не было любви к глупой и наглой девушке, но она носила под сердцем его дитя и, возможно, в будущем это дитя станет наследником Акрама, если его любимая жена не понесет и не родит мальчика.

Тахира прошлась вдоль балкона и снова вернулась к скамейке. Опустилась на нее, уронив глаза на свои руки, когда за спиной послышались тихие, почти крадущиеся шаги.

 Принцесса варваров резко оглянулась и увидела, как к ней приближается хазнедар.

 Ирада застыла в нескольких шагах от госпожи и спешно поклонилась, сложив руки на животе.

– Принцесса! – произнесла она.

 Тахира вскинула голову, посмотрела на женщину, пряча горечь в глубине глаз.

«Никто не увидит, что мне больно», – сказала она себе и улыбнулась хазнедар.

– Что случилось? – спросила спокойно.

– Повелительница Ширин желает видеть вас в своих покоях, – с поклоном ответила Ирада и проследила взглядом за тем, как медленно и плавно поднялась на ноги принцесса.

– Я буду счастлива посетить Повелительницу! – произнесла Тахира и кивнула хазнедар. – Проводи мне к ней!

 Бесконечные широкие лабиринты дворцовых коридоров сплелись в одну паутину, пока принцесса шла, слушая шаги и глядя мимо слуг, что встречались на пути и кланялись ей. Тахира не отвечала им, как прежде, небрежным кивком. Сегодня она улыбалась, но не видела чужих лиц, думая только о том, что скоро не она, а наложница Дилия, подарит ее мужу долгожданного первенца.

«Мне стоит взять себя в руки и успокоиться, – подумала принцесса. – Весьма вероятно, что Дилия принесет Акраму дочь!» – а затем поняла, что и сама она вполне может родить девочку, а не сына-наследника.

«Если еще смогу забеременеть», – вздохнула молодая женщина.

 У входа в покои повелительницы Ширин стояли два огромных воина-евнуха. Одетые в просторные шаровары и простые безрукавки, опоясанные мечами, они были черны, словно ночь и выглядели весьма опасно. Тахира скользнула по темным фигурам взглядом и остановилась перед узорной дверью, ожидая, пока вышедшая вперед рабыня не откроет ее перед принцессой. И лишь затем, гордо подняв голову, переступила порог.

 Комнаты Ширин были просторны и полны красивых вещей. От пышного ковра на полу приемного зала, в котором утопали ноги по самую щиколотку, до высоких ваз с цветами, по углам. На стенах висели картины. Недалеко от окна – клетка с яркими птицами, щебечущими и прыгающими по прутьям. Тонкие ткани, такие же яркие, как и птицы и одежды служанок Ширин, украшали окна, диван, обложенный подушками, и крошечный мальчик раб на скамеечке у ног повелительницы, завершали картину.

– Моя госпожа! – Тахира встала перед Ширин и, сложив приветственно руки, поклонилась. Мать Акрама посмотрела на нее долгим взглядом, а затем одним взмахом руки отпустила всех, оставшись наедине с невесткой. Вышел даже мальчик и лишь, когда за его спиной закрылись двери, а два огромных охранника встали на страже покоя своей повелительницы, Ширин указала принцессе на место рядом с собой и заговорила, едва Тахира опустилась на диван.