Свободен!

Что-то мелькнуло на краю дыры. В него вцепилась окровавленная рука, державшаяся за веревку. Через секунду вылезла голова, залитая кровью.

— Лью! — крикнул Джек.

В мерцающем свете казалось, будто с лица содрана кожа, обнажены кровоточащие мышцы. Губы шевелятся, но ни слова не слышно.

Наверху снова хлопнула дверь, сильней прежнего. На сей раз она содрогнулась, сорвалась с петель, щепки посыпались вниз по ступеням.

Он успел увернуться, но щепки ударили в лицо Лью. Только что был здесь, а через секунду исчез.

Край дыры приближался к подножию столба.

Джек запрыгнул на лестницу, полез вверх. Не было даже речи, чтоб встать; жмурясь на ветру, он ползком карабкался со ступеньки на ступеньку.

Сверху послышался слабый дребезг. Он пригнулся, прижался к стене справа — мимо неслась куча чашек, бокалов, тарелок из кухонных шкафов, задевая голову и плечи.

Жалко, Залески не видит, мелькнула в голове дурацкая мысль. Настоящие летающие тарелки.

Снова тронулся в путь, молясь, чтоб у родителей Мелани не оказалось в хозяйстве мясницких ножей.

Как бы в ответ на молитву наверху опять загрохотало, понеслись столовые приборы — ложки, вилки, ножи, сам буфетный ящик. Проклиная все на свете, он вновь шарахнулся в сторону от острой утвари, рвавшей рубашку, царапавшей кожу.

Тут под ним дрогнула лестница.

Оглянувшись, увидел, что столб свободно висит над дырой, раскачиваясь из стороны в сторону. Крепившаяся к основанию лестница целиком выламывалась из стены.

Чувствуя под ногами прыгающие и скачущие быком на родео ступеньки, Джек с удвоенными усилиями старался добраться до кухни. Только успел схватиться правой рукой за дверной косяк, как лестница оторвалась от стены и обрушилась.

Он тоже повис в воздухе, мельком видя крутившиеся в жадном водовороте ступеньки и столб.

С громким треском просела центральная потолочная балка. Весь дом обваливается.

В запасе, самое большее, считанные минуты.

Отчаянно брыкаясь, отталкиваясь от стены, он умудрился лечь грудью на пол кухни, который уже перекашивался под просевшим потолком. Когда начал подтягивать к краю колено, с буфета свалился какой-то темный прямоугольный предмет, увесисто грохнулся на пол, устремился к нему. Только совсем рядом узнал микроволновку, увернулся, прижавшись к косяку, но печка попала в колено, сбив его с порога. Он снова буквально болтался на ветру, держась одной рукой за косяк.

Сопя, всхлипывая, не обращая внимания на адскую боль в колене, всеми силами старался вылезти на кренившийся кухонный пол. Благодаря регулярному тренингу установил на пороге оба колена — на него поехал холодильник.

Ну, хватит!

С нечленораздельным воплем метнулся, откатился в сторону.

Холодильник пролетел за спиной, застрял в дверном проеме.

Промахнулся, гад!

Джек, задыхаясь, лежал на полу. Кончилась борьба с ветром... чудесно.

Пол под ним покосился.

Господи Исусе! Нарастающее отрицательное давление в подвале усиливает нагрузку на уже ослабшую балку перекрытия. Дом вот-вот развалится.

Он с трудом поднялся, захромал к задней двери. Повернул ручку, дернул — не поддается. В чем дело? Заблокировал, уходя в прошлый раз.

Идиот!

Повернулся, торопливо побрел по просевшему дому. Хорошо, свет горит, не надо в темноте шарашиться. Уже видна открытая передняя дверь, но тут дом под ногами дрогнул с громоподобным треском. Балка, наконец, не выдержала.

Свет погас, пол гостиной провалился на три фута, он бросился к хлопавшей двери, ухватился за внутреннюю и наружную ручку, повис над съезжавшим ковром, который свернулся, втянулся в неожиданно открывшуюся в полу дыру, поглощенный ненасытной пастью в подвале.

Наружные стены трескались, кренились внутрь, дверные петли не выдерживали напора. Джек оттолкнулся от стены ногами, рванулся к проему, вывалился на верхнюю ступеньку наружной лестницы, не оглядываясь, ни секунды не медля, скатился на траву.

— Неужели это... — пробормотал Маврицио, завидев выкатившуюся из покосившегося дома фигуру, упавшую на лужайку.

Тот Самый прищурился в сумерках:

— Боюсь, так и есть.

— Кто же он такой?

Хороший вопрос. В прошлом году незнакомец в одиночку уничтожил ракшас, теперь каким-то образом выбрался из врат в подвале.

— Как бы его ни звали, — заключил Тот Самый, — он опасен и мешает делу.

— Ну, с меня хватит. Если Иное не может с ним справиться, я сам его прикончу.