— Ага, спасибо, — кивнул я, пожав по очереди, протянутые мне руки.

За эти три месяца границы между нами тремя как-то несколько стерлись, я уже не считал их какой-то чернью, обычными простолюдинами, а они уже спокойнее при мне общались как обычные люди, словно рядом с ними кто-то равным им. Это тоже радовало, так как у меня за всю жизнь, так и не было реальных друзей, а тут… Тут что-то наклевывалось. Вот и напоминало все происходящее вокруг мне детство, далекое и беззаботное.

Когда все вернулись в общий зал, где уже шли бурные обсуждения последнего занятия, а это произошло спустя час после моего появления, инструктор скомандовал построиться. Благо он нам дал на это еще пять минут, так как некоторые все еще не отошли от шока, который получили после орбитальной бомбежки.

— Во-первых, — с нескрываемым удовольствием на лице начал говорить инструктор Сток, — последний раз в одиночку свое задание здесь выполняли порядка десяти лет назад. Не буду хвалиться, но это был мой сын, чей позывной ныне засекречен из-за его рода деятельности… Но в общем, Войд, ты молодец! Награду вот только сможешь получить после всех зачетов, одним из которых является реальная практика… Во-вторых, в общем, я вами доволен, всеми, кем-то больше, кем-то меньше. Лично на моем занятии никто не окажется в пролете, ведь не важно, что с вами произошло, многие действовали правильно, а некоторым просто не повезло, как патрулю во главе с Буйволом… В-третьих…

Инструктор тяжело вздохнул, осматривая нас несколько грустным, даже печальным взглядом, а потом на одно мгновенье отвернулся, приложив ладонь к челюсти. Интересно, что это с ним?.. Судя по его выражению лица, ему сейчас очень и очень больно…

— В-третьих, — снова начал говорить он, при этом голос его был, словно он пробежал несколько сотен километров, а потом его заставили испытать адские перегрузки, — реальная практика, как бы она странно не звучала, это проба ваших сил в реальных боевых условиях. То, чему обучили вас за эти три месяца, должно позволить вам выжить в боевых условиях. Да, вас отправят на передовую, но не в самое пекло. Кого-то отправят в охранение космического корабля, который все время патрулирует окрестности возле фронтира и ловит пиратов. Кто-то попадет на условия не такие тепличные, придется сражаться на поверхности различных планет… Но все же шанс оказаться в самом пекле будет всегда. Завтра всем будут высланы первые пакеты данных с местами своих назначений. Вы будете отправлены группами по три человека. Думаю, вы сами понимаете, с кем вы будете.

В это мгновенье я повернулся направо, смотря на лица Лаки и Пульсара, которые также посмотрели на меня и улыбнулись. Все же мы будем вместе, а это уже хорошая новость. Мы сработанная тройка, уже доказано, значит, у нас будут хорошие шансы все сделать так, как надо на этой практике.

— А сейчас, — продолжил говорить инструктор Сток, — прошу всех проследовать в медицинский отсек, ведь уверен, что у всех уже есть возможность сделать улучшение своего организма. А потом отдыхать! У вас будет целых три дня ничего не делать, как бы это странно из моих уст не звучало, а просто расслабляться и морально обогащаться! Поздравляю!

Эти слова тут же вызвали бурную и радостную реакцию среди всех, кто стоял перед Стоком, то есть у нас. Ведь до этого не было ни единого дня отдыха, каждый день или занятия, или более интенсивная физическая подготовка. А сейчас — целых три дня отдыха! За три месяца адских нагрузок — это великая награда.

В медицинском отсеке я долго не задерживался, сделал очередное улучшение сердца, как того требовала схема моего развития. Теперь, как сказала Валерия, я могу ходить в медицинский отсек для улучшений раз в три недели без особых проблем в течении полугода, а потом надо будет полтора месяца отдохнуть от улучшений. Это позволит мне сильно ускорится в развитии… Но опять же, это может быть рискованно.

— Но… — когда я уже собирался вставать с уже привычного мне медицинского кресла, она остановила меня коротким выражением.

— Чего, но? — приподнялся я на локтях, смотря на своего «лечащего» врача.

— Если хочешь рискнуть, то можно, в принципе, сейчас попробовать провести улучшение… — поджала женщина губы, смотря с какой-то тревогой на меня, а потом на мои показатели. — Твои показатели удивительно стабильны, особенно энергетический баланс… Но это и тревожит. Первый раз, когда ты проходил первое улучшение, если конкретнее, твои показатели пошатнулись на сорок процентов от нормы, когда у остальных эти показатели взлетают более восьмидесяти процентов… Сейчас же у тебя полная стабильность. Все больше уверена в том, что тебя создали искусственно.

— Я вот тоже иногда такого же мнения, — пожал я плечами. — А в чем опасность двух улучшений подряд?

— Медицинская машина может просто не справиться с множественными мутациями в организме, которые могут возникнуть во время второго улучшения за один день, — сделала невинный вид женщина. — Но решать в итоге тебе. В любом случае, улучшать еще раз надо сердце и у тебя останется еще одно бесплатное улучшение после этого.

— Может еще что после практики мне прилетит в качестве бонуса, — с предвкушением сказал я. — Посмотрим. Давайте! Я готов!

— Ну смотри, — помотала головой женщина. — Я тебя предупреждала, что так поступать опасно, хотя твое сердце уже способно вынести это.

Как я оказался в комнате, я не помню. Последнее, что я запомнил, как провалился в уже несколько привычный внутренний мир, как предо мной показались снова четыре развернутых голограммы моего организма, как я выбрал сердце в качестве цели моего улучшения… А потом все померкло, а перед глазами повисло устрашающее системное оповещение.

Во время улучшения произошел системный сбой в алгоритмах улучшения. Возникла временная аномалия сердца, которая со временем будет прогрессировать. Вероятность развития смертельной патологии составляет 30 %. Вероятность развития нейтральной, но вредоносной патологии составляет 40 %. Вероятность рассеивания аномалии составляет 20 %. Вероятность положительного исхода составляет 10 %.