— И почему я не там? — спросил я, глядя в глаза магистру.

— Хороший вопрос. Скажем так, аналитики полагают, что для тебя крайне важна свобода во всех ее проявлениях. Как передвижения, так и выбора. Поэтому я принял решение обговорить с тобой все вопросы лично в комфортной обстановке, — сказал, развалившись в кресле, Вячеслав. — Ответишь на вопросы, обговорим условия сотрудничества, и все решим.

— Если вы будете так же отвечать на мои — я не против, — пожав плечами, я тоже откинулся на спинку.

— Ну и отлично. Тогда не будем откладывать. — Вячеслав щелкнул по кнопкам раскрытого ноутбука, и на телевизоре, вмонтированном в стену, появилось изображение. На видео я телепортировался к Артему и вонзил ему кинжал в сердце, а затем с размаха отрубил голову. В последнюю секунду схватки магистр поставил запись на паузу, так что стал отчетливо виден клинок с горящими на нем символами.

— Итак, первый вопрос — где кинжал? — спросил Вячеслав.

— У меня, — улыбнулся я, стараясь придать себе как можно более расслабленный вид.

— Ясно. В скрытом ото всех пространстве, где ты прячешь вещи? — уточнил магистр и я без зазрения совести улыбнулся. — Понятно, хорошо. Второй вопрос — откуда он у тебя?

— Не понимаю, к чему этот допрос, — ответил я, подавшись вперед. — Хотите меня в чем-то обвинить?

— Хочу, — кивнул Вячеслав. — Но не буду. Сам того не понимая, ты открыл для меня очень большой пласт информации, которая ранее ускользнула от моего внимания.

— Рад за вас, — сказал я, поерзав в поисках удобной позы. — И что теперь?

— Для начала нужно разобраться в происходящем, — не стал спешить магистр. — Ты убил своего соперника. При этом все аналитики твердят, что времени между ударом в сердце и отрубанием головы недостаточно, чтобы начать воскрешение. А значит, убил ты его формально один раз. И да, отвечая на незаданный вопрос, перед схваткой у Артема был запас жизней.

— Думаете, дело в кинжале? — заинтересованно спросил я.

— Возможно, в нем. Возможно, в том, что ты отрубил голову. Мы уже сталкивались с тем, что одаренный воскресает после потери части головного мозга, полностью отращивает конечности и даже половину туловища. А вот голову отдельно мы, признаться, отрубать не пробовали, — сказал чуть задумчиво Вячеслав. — И теперь не опробуем.

— Опасаетесь, что сработает, — понял я. — Но тогда у простых людей есть шанс убить одаренного даже с запасом жизней.

— Крайне низкий, но есть, — кивнул магистр. — Возвращаемся к моему вопросу — откуда он у тебя.

— Отобрал у дамочки, что собиралась меня вскрыть, — ответил я, наблюдая за реакцией Вячеслава. — Слышали что-то об охотниках старших?

— А ты, значит, уже в курсе, — чуть усмехнулся магистр. — Теперь да, я о них немного знаю. Но до вчерашнего дня лишь догадывался, что все не так просто. Раз ты о них знаешь, должен быть в курсе и клановой, и расовой структуры. Верно?

— У меня не слишком достоверные источники, — ответил я, пытаясь понять, что известно моему собеседнику, и почем я могу продать свое знание. — Вопрос, что знаете вы.

— Торгуемся? — рассмеялся Вячеслав. — Хорошо, парень. Давай попробуй получить от меня больше, чем ты дашь. Это будет даже забавно. В состав старших входит несколько рас, объединенных в кланы.

— Один из кланов должен был подготовить наш город к поглощению, — спокойно сказал я, глядя в резко округлившиеся глаза магистра.

— Уверен? — через несколько секунд молчания спросил он. — Откуда такая информация?

— От слуги наследника клана Вестников, — сказал я, с удовольствием наблюдая, как Вячеслав хмурится, а потом делает себе небольшие заметки. — Ваша очередь.

— Кланы имеют своих охотников, правителей и бойцов, — нехотя сказал магистр, явно занятый другими мыслями. — При этом их армия до сих пор находится на границе территории, выжидая, пока не стихнет ураган. В Москве орудуют только одиночки, желающие заработать, но как только ветер уляжется окончательно, они начнут борьбу за оставшиеся острова.

— Их правители равны по силе богам, — добавил я, взвешивая каждое слово. — Утверждают, что, в отличие от одаренных, они совершенно неуязвимы, бессмертны, а также владеют неограниченной силой.

— Скорее всего, часть пропаганды для контроля за порабощенным населением, — отмахнулся Вячеслав. — Никто не станет подчинятся более слабому.

— А еще они не относятся к тем расам, что входят в старшие, — добавил я, с удовольствием глядя на вытянувшееся лицо Вячеслава.

— Уверен? — снова уточнил он. — Отдельная раса сверхправителей? Ладно… каждый твой ответ становится все интереснее. Что еще?