Что удобно, Толе не нужно глушить одну магию, чтобы врубать другую. Струя пламени продолжает облизывать вершину стены и сжигать встречные башни, а все загодя выскочившие на свет солдаты и силары противника сгорают факелами, в большинстве случаев даже не успев выстрелить в нашу сторону. За всё время я лишь дважды выпускал Гвидо: один раз поднять продырявленного воздушным копьём мэла Хассо, другой — зарастить Толе дырку в боку, проделанную неудачно прилетевшей сосулькой.

Происходило всё очень быстро. Я даже удивился, когда гроболёт, сделав круг, неожиданно вернулся к догорающим казармам. Первый этап завершён. Теперь к жилым корпусам — помогать ребятам, или, если те со своей частью задачи уже справились, сразу бежать за Фаей. Вручу принцессу в надёжные руки мэла Хассо и Джахара с Толой, удостоверюсь, что у Влара, Яхо и остальных студенческих лидеров всё в порядке, тогда можно будет смотаться и к ГУКу. Хочу наведаться в апартаменты Черхана. Да и в целом пробежаться по этажам. Большинство преподов ночует за стенами в академ-городке, но высшее руководство: сам комендант, мастер-наказатель и мастер-счетовод, как и прежде, живут на работе. Очень уж хочется спросить с них за казнь Гайды Моха, Кейрана и всех остальных.

На площади у фонтана, как и по всей территории форта горели фонари, повсеместно включившиеся сразу после сигнала тревоги. Остановив гроболёт над центром образованного корпусами квадрата, левитанты медленно повели его на посадку. Внизу уже собрался народ. Ребята что-то кричали, тыкали в нашу летучую жуть пальцами и махали руками. В процессе снижения, я разглядел на краю освобождённой для нас площадки несколько сложенных в рядок тел. Там же сидели и раненные. Молодцы лидеры — оперативно сработали. Да и потери не так велики, как я ожидал.

— Подходы к площади под контролем? — крикнул я Влару, едва спрыгнув с палубы приземлившегося корабля.

— Пусть только сунутся! Наши из окон так встретят, что пепла не останется! Четвёртый ранг — это что-то с чем-то!

— Отлично!

Махнув Гвидо, я указал на трупы:

— Пошли поднимать везунчиков.

А толпа вокруг уже принялась, как в старые добрые времена, скандировать моё имя. Только теперь звучало не опаскуденное другими членами клана «Рэ», а более звонкое «Рей».

— Вот этих двоих в последнюю очередь, — кивнул на два тела Влар. — Пытались предупредить стражу. Вот этот, — пнул труп воздушник, — положил двоих наших, прорываясь на лестницу. Будь у вас ограничения на подъём, я бы и не просил оживлять. А так поболтаем. У меня есть, что спросить у кусов.

— И спроси, — согласился я. — Позже тоже поспрашиваю.

Сбросив со спины небольшой рюкзак, который в последнее время таскал, не снимая, везде и всюду, выудил из него два раскрытых браслета и протянул Влару.

— Цепляй им на руки, и можем смело оживлять. Блокируют дар.

— Окусеть! Откуда, босс?!

— Демонская штуковина. Потом расскажу. Гвидо, чего ждёшь? Работай.

Лекарь, подключенный к Бигмаку моими шлангами, приступил к воскрешению. Пока Влар защёлкивал браслеты на запястьях мёртвых предателей, итальянец успел оживить остальных и принялся врачевать немногочисленных раненых.

— Чего сами не подлечили? — поинтересовался я у Влара. — Лекари у вас теперь тоже четвёрки.

— Прости, Рей… То есть…

— Пусть пока буду Рей, — понизив голос, попросил я воздушника, судя по всему забывшего мой приказ не палить до поры мою демонскую сущность другим ученикам.

— Прости, Рей, — ещё больше смутился силар. — Как только ты всех того… У нас ведь много, кто без рук и без пальцев был. Отрастить обещали только на следующий оборот. В общем, теперь, и Глэй при двух лапах, и все остальные тоже. Считай, всю ману на это дело спустили. Не подумали.

— Ладно, проехали. Гвидо, давай теперь этих.

Лекарь поднял мудаков, один из которых тут же принялся рыдать и каяться во всех тяжких, и я тут же на автомате наполнил итальянца горючкой. Слушать признания кусов — процесс интересный, но меня ждёт принцесса. Пообещав Влару и моим с гроболёта, что скоро вернусь, бросился к дверям северного крыла. Через минуту Фая снова окажется в моих объятиях. Счастье заранее так и прёт из всех дыр.

Лестница носила следы термического и физического воздействия. Кое-где пол и стены краснели россыпями кровавых пятен. Но самих трупов здесь уже не было — или втащили на этажи, или дели ещё куда. О чём я, мать его, думаю?! Вон уже заветная дверь на чердак! Постучался нашим условным стуком и с замиранием сердца прислушался.

Ура! Шаги, скрежет ключа в замке. Значит, всё хорошо. Правильно я выбрал чердак, как временное укрытие. Так-то, конечно, перебдел — справились ученики с зачисткой корпусов на отлично — но этот вариант изначально казался надёжнее.

— Рей!

Фая бросилась мне на шею, едва я шагнул внутрь. Мой нежный, тёплый, такой ароматный и невероятно любимый кусочек счастья! Плевать на всё! Я приподнял её голову мягким движением рук так, чтобы улыбающееся личико смотрело на меня снизу вверх, и впился поцелуем в пухлые губки.