У нежданного визитера не было черной бороды, роста он был невысокого, сутулый, прихрамывающий на одну ногу. Похоже, довольно старый. И он постоянно что-то бормотал. Не то считалочки какие-то детские, не то другие стишки. Он не шевелился и наблюдал за ним. Он медленно прошелся вдоль ряда клеток. Остановился возле кабанчиков, послушал их тревожное хрюканье, потянул носом. Что он вообще может почуять в такой вонище? У меня уже глаза слезятся тут...

— Эй, Степан! — раздался громкий голос еще кого-то. — Ты чего там?

— Да звери что-то беспокоятся, заяц что ли какой заскочил.. — ответил Бормотун.

— Так гони его и иди спать, — снова сказал кто-то, потом хозяин голоса подошел ближе, и мне стало его видно. Бородатый, но не черный. Обычный такой селянин на вид. В рубахе подпоясанной кушаком, волосы острижены под горшок.

— Тревожно мне, Митя, — сказал Бормотун-Степан. — Не спится что-то. Погода портится, али что другое плохое надвигается.

— Пойдем ко мне тогдась, — сказал Селянин. — Я на Базарную площадь вчера ездил, припрятал в тайном месте бутылочку первача. Ядреного, я такой всегда беру. Тяпнем по стаканчику, тревогу как рукой снимет!

— Это дело, — пробормотал Степан. — Сейчас только запоры проверю еще разок...

Что-то металлически лязгнуло, потом Степан вполголоса выругался. А потом раздался громогласный грозный рев.

— Тише ты, тише, Потапыч, — снова забормотал Степан.

— Что это он у тебя так лютует? — спросил Селянин-Митя.

— Так хозяин же приказали его не кормить, — Степан отошел от клетки. — Говорит, что голодный он игривее.

— Тьфу, пропасть... — Селянин смачно сплюнул. — И забыть бы рад про эту забаву, да какое там. Теперь и мне уже самогонки захотелось. Пойдем, Степан. А ты спи, мишка, спи. Эх, бедная животина...

Бормотун снова забормотал какие-то считалочки, и они оба ушли.

Я поднялся из-за куста и понял, что как будто стало чуть светлее. Похоже, короткая летняя ночь катилась к рассвету. Плохо, очень плохо! Пора бы мне поторапливаться, а в моем плане еще конь не валялся! Почуяв меня, медведь снова заревел. Потерпи, мишка, твое время скоро настанет...

Я проскочил калитку и прижался к стенке гудящего здания. Да, точно электричество отсюда идет. Вон толстенный кабель из-под стены выходит. Теперь надо разобраться, как всю эту конструкцию отключить. Взять топор и просто перерубить этот витой канат? Так самого может током шибануть, и привет...

Я обошел здание по периметру. Довольно большое, кстати. Где-то пять на пять метров. Дверь была заперта на висячий замок. Детская забава.

Я склонился к замочной скважине, покопался в ней своей железкой-выручалочкой. Надо же, кто бы знал, что этот мусор из кармана Гиены мне столько раз пригодится?

Замок скрежетнул, щелкнул, и дужка откинулась в сторону. А я сунул железку обратно в карман. Приоткрыл дверь.

Пахло озоном и как будто какими-то специями. Я вошел внутрь и в недоумении остановился. Это что вообще за хрень такая?

Большую часть внутреннего пространства домика занимал каплевидный котел узким концом упиравшийся в пол. Поддерживала его в вертикальном состоянии рама с двумя обручами. Над верхним краем котла медленно вращались в разные стороны два колеса. Сбоку на стене было что-то вроде панели — длинный ряд мигавших красными и зелеными огоньками кнопок. Ничего похожего на рубильник нигде видно не было. Несколько секунд я посмотрел на эту неведомую фигню, потом решил что перерубить кабель топором будет надежнее. Ну, в крайнем случае, если вдруг ручка у топора окажется мокрой, быстро превращусь в кусок жареного мяса, и все тут.

Я осторожно вернулся к калитке и выглянул за нее. В дальнем конце барака светилось одно окно. Похоже, именно туда направились загрустившие Митя и Степан. Двое Беков отошли, во всяком случае, больше они не стояли на том месте, где я их в прошлый раз видел. Начавший закипать адреналин нашептывал, что действовать надо быстрее, быстрее! Бежать через двор, хватать топор, бежать обратно, рубить кабель, потом бежать к Натахе, потом... Но тут я придержал коней. Не хватало еще спалиться по-тупому. Бывает такое, когда сначала удалось тихонечко проникнуть в расположение противника, проскользнуть мимо часовых, показать невидимый фак патрульным, то последнее дело — возомнить себя невидимкой и начать расхаживать в стане врага как у себя дома — гордо и в полный рост. Так что я опять опустился в горизонталь и пополз вдоль стены дома. Вдруг кто-то из окон решит выглянуть, а тут я, такой. Как на ладони...

Так. А вот к топору не подползешь. Придется все-таки рискнуть и встать в полный рост. Как я уже успел заметить, в этом поместье обитали не только Беки и их психопатичный хозяин, но и обычные люди. Мало ли, кто-то из слуг решил прогуляться по двору в предутренний час. А тут топор воткнут. Дай, думаю, дров поколю...

Я встал, одернул пиджак, несколько раз вдохнул и выдохнул, чтобы не сорваться на бег. Бегать надо будет потом, позже. А сейчас — размеренный прогулочный шаг, вразвалочку, раз-два...