От удара моей демонской ауры Гошу бросает на колени. Он истерично хохочет:

— Когда уходят герои, хи-хи, на арену выходят клоуны.

Не глядя, пинаю его в подбородок, он затихает, пытаясь зарегенерировать выбитую нижнюю челюсть.

— Перун, это Скоморох. Я на месте, — раздается в наушнике.

— Хорошо. Отойдите к лестнице и крепко держитесь за что-нибудь.

Время собрать генеральский фрактал. Гифер, вперед.

Мои мускулы наливаются неистовой мощью. Сила Башлаша едва не взрывает вены. Я высоко поднимаю ногу. Опускаю.

Ба-а-а-ах!

Снова бью ногой, словно тавровским копытом. Трещины разбегаются по полу. Бетон рассыпается, крошится и проваливается вниз. Весь конференц-зал падает на сорок девятый этаж.

Я не даю Гоше упасть. Вместе с ним парю в воздухе. От моего сжатия его плечо рассыпается в пыль. Он надсадно орет.

«Пересмешники» без единого звука валятся вниз, вместе с кусками пола. Никто не режет себе горло, ведь покидаю комнату не я, а они.

— И это твой план?! Ты их покалечишь или убьешь! — визжит Гоша.

— Это риск, — равнодушно отвечаю. — Человек каждый день рискует жизнью. Но зато я даю им возможность выжить.

Моя аура бушует, и Гошины нервы сдают. Он смотрит на меня плачущими глазами, а его губы улыбаются. Он смеется. Плачет от боли и смеется:

— Хи-хи, тебя только могила исправит, Перун. И очень скоро.

— Полетай-ка тоже, шутник, — я разжимаю пальцы.

И Гоша падает точно на острые концы арматуры.

Рубрика «Легендариум демоника Перуна». Хохмы читателей.

Своего первого демона Перун убил еще в раннем возрасте: в 6 лет они уговорили его попробовать покурить за гаражами. Именно тогда он запинал пятерых демонов с криком: "Я буду выглядеть взрослым? Я буду круто смотреться? Твари! Знаете, как больно отец ремнем отхлестал? Ну вот сейчас узнаете!" (Автор enerjaizer)

На высоте пятисот метров я выглядываю из кабины полицейского вертолета. Бешено хлопают лопасти над головой. Внизу раскинулась панорама огромного нефтезавода — десятки цехов, множество дымовых труб, обвитые проводами теплоцентры и гидроочистительные сооружения. Немало городов будут поменьше этой производственной махины.

Над ночным НПЗ раздается слитный вой мощных чудовищных глоток. Конечно же Гоша оставил остатки Гончих на десерт.

— Приземляюсь, — отчитывается пилот, сжимая штурвал.

Время восемь часов пятнадцать минут. До газового «бума», по словам Гоши, осталось меньше часа. Следаки Соловьевой все еще ищут химракеты.

Я возвращаюсь в кабину, перешагивая стонущего на полу Гошу. Прихватил сумасшедшего с собой, хоть и очень радовало глаз, как он изображал жука на булавках. Но пришлось отодрать его пронзенную тушу с железных концов арматур. Оставил ему в боку только один ржавый ребристый обрезок. Нанизал прямо на печень, чтобы у психа не осталось сил даже на «хи-хи».

Со мной летят на завод Кот, Али, Вендиго, Салад и Аяно. Полицейский вертолет приватизировала как раз японка, пока я громил этаж в небоскребе.

Позиции остальных «зорь» следующие. Бестия с Ясной по-прежнему охраняют родительский дом. Скоморох с Целителями сейчас спасают раненых заложников на сорок девятом этаже. Майор в шутовской маске вытаскивает людей из-под завалов. Целители, понятно, исцеляют. Как отчитался Скоморох, полностью завалило обломками только семерых «пересмешников». Они живы, хоть и переломаны почти в труху. Всего же раненых более полусотни. Но все дышат, и никто не полоснул себя по горлу.

Когда я разгромил конференц-зал, «Зори» на вертушке подлетели за мной прямо к пятидесятому этажу. Закинув на борт Гошу, залитого с ног до головы собственной кровью, я приобнял Аяно за талию.

— Молодец, — похвалил за идею с вертолетом. — Гоните на НПЗ.

Пилот, офицер из Мечей, кивнув, погнал вертушку прочь из делового района. Радует, что Имперские Мечи теперь тоже меня слушаются, не задавая глупых вопросов и не дожидаясь одобрения командира «зорь».

— Я велела Мечам подчиняться твоим приказам, так же как и моим, — сказала Аяно, словно подслушав мои мысли.

— Очень умно, это сэкономит нам время, — кивнул я.

От новой похвалы Аяно порозовела, а затем вдруг бросилась мне на шею.

— Перун, ты не должен убивать себя у того сейфа!

— И не собираюсь, — глажу японку по смоляной косе. — Всё обойдется, у меня есть план.

Устыдившись своей несдержанности, Аяно отстраняется, но с большим нежеланием отпускает мою руку. Мохнатая морда Вендиго восхищенно смотрит на меня:

— Перун, это ведь был Парадокс Евбулида? Там, с заложниками. Впервые вижу, чтобы использовали на практике нечеткую логику?! Это гениально! Как ты только додумался?