— Я в своем праве тебя вообще прибить. Ты обозвал внушительной мою…!

— Cтойку, — кивнул. — Но вы не дослушали.

Она заморгала, а я надавил:

— Значит, устав для вас пустой звук? Хорош тогда учить ерунде, командир.

— Сор кю…то есть не пустой! — яростно запротестовала японка. Конечно, давать заднюю не солидно. — Ладно! — выдохнула. — Прими извинение, солдат. Доволен? А ты впредь следи за руками перед своим командиром.

— Хорошо, моя командир…ша, — ухмыльнулся.

Подполковник сделала вид, что не заметила последний слог, и мы распрощались.

Подкинул меня до поместья Бессмертный. Целехонький, такой же улыбающийся. Я хрен знает, как он вернулся с того света. Сдуру спросил, хотя мозги совсем не варили. Он мне попытался объяснить про какую-то банку Вселенной — типа там лежит вся информация о нем, все-все данные, в том числе генетические, подобие онлайн-хранилища, а машину ведет всего лишь терминал. Я не втыкал. Тогда он стал пихать мне в руку пистолет с просьбой застрелить его. Мол, курок спустишь — сам увидишь. Я не то, что был против прищелкнуть дотошного: изрядно достала меня эта болтовня. Но, во-первых, ждать пока вернется. Во-вторых, а вдруг в этот раз не сработает? Объясняйся потом перед Аяной. Рапорты пиши. Извиняйся. Слезу пускай на похоронах. А оно мне надо?

С горем пополам добрались. Чмокнул дожидавшуюся меня в гостиной Софию в ночнушке. По привычке задрал подол, чуть не спустил ей трусики, вовремя вспомнил, что наказана, и, шлепнув по заднице, отправил негодницу к себе. А потом вот кувырки с Белоснежкой, ммм.

Накинув на себя футболку с трико, спускаюсь в столовую. София не обманула. Стол накрыли отменный, белая скатерть сверкает, десятки блюд дымятся на серебряных подносах, винцо краснеет в бокалах.

Сами сестры тоже нарядились. Причем одинаково. Розовые утонченные платья с бретельками на плечах, чутка косметики на свежих лицах, слегка напудренные волосы. Я застываю, почесывая грудь сквозь потертую футболку.

— Ты бы приоделся хоть, — критически осматривает меня Белоснежка. — Всё-таки впервые в полном составе собираемся.

— Да и повод знаменательный, — улыбается София. — Девушки твои тоже красивыми придут, уверяю.

Даже не споря, отчаливаю назад. Княгиня разбирается в людях лучше меня. Гюрзы ведь не только жалят, но еще и обвивают кольцами.

Едва Бес ретируется, София подходит к сестре и поправляет упавший локон.

— Ты прекрасна, — в восхищении прицокивает княгиня языком. — Прекрасная женщина.

— Как ты узнала? — лицо Белоснежки вытягивается.

— Такие вещи видно сразу, — улыбается София, но в ее глазах кроме радости горит что-то еще. — Не спеши гордиться. Ты из отстающих.

— Да уж подбодрила, — морщится Белоснежка.

Сегодня сестры выступят единым фронтом, поэтому и заказали одинаковые наряды. Нужно выказать Бесу поддержку, сидя по обе стороны от него, пока остальные будут разевать рты в удивлении.

— Ты уже постигла тонкое искусство очарования, — пальцы княгини проходят по краю ее губ. — В теории. С умом подбираешь аксессуары, не ошибешься в тональности помады, не переборщишь с украшениями, опять же банан осилишь в один присест…

— Сестра!

— Но язык — враг твой. Не дерзи, не смотри с упреком, глотай обиду. Поняла?

— Что я борзая овца? — дергает губой Белоснежка. — Отлично поняла.

Раздается звонок телефона.

— Гости приехали, — не теряет улыбки София.

Минут через двадцать приезжают мои будущие невесты. Все в коктейльных платьях и на каблучках. Даже бесхитростная Кали. София не обманула. Ну и я тоже не подвел: черные брюки, белая рубашка, серый приталенный кардиган.

Целую всех в напудренные щечки. С Викой обнимаюсь дольше всех. Подкачалась красноволосая знатно, конечно — крепко мне шею сдавила. Какого-нибудь бычка уже бы переломало.

— Спасибо за гостеприимство, — взметнув черные волосы, оборачивается Алла к княгине.

Следом и Вика благодарит хозяйку дома. Кали, же пройдя к столу, лишь спрашивает, как госпожа слугу:

— Где мое место?

София, не изменившись в лице, усаживает ее и остальных. Не спрашивая, я падаю во главе стола и оказываюсь между двумя сестрами. Кали и Вика прожигают взглядом хитрую княгиню. Красноволосая барышня, сама не замечая, гнет схваченную вилку. Алла же счастливо улыбается:

— Бес, я так рада за тебя. Тебе очень повезло с княгиней. Весь высший свет восхищается ее красотой, а досталась она тебе и нам. Пусть эти слова и будут первым тостом.

Все поднимаем бокалы.

— Очень повезло, — ровным тоном говорит Кали, немного пригубив вино.

— Ох, благодарю, княжна, — София и бровью не ведет. — Всем нам повезло друг с другом. Не сомневаюсь, что мы можем много радости излить друг другу. Но в первую очередь мы собрались, чтобы выслушать Артема.

Я даже не знаю с чего начать: