Она убрала в ящик для оружия кисти, щетки, смазку, растворитель и все остальное. Ветерок играл с белыми шелковыми шторами, в распахнутые окна струился аромат хвойного леса и нежный рассеянный свет сентябрьского вечера. Маргарет встала, с наслаждением потянулась и отправилась в ванную, бросив вожделеющий взгляд на новую книжку на столе у дивана. Автор «Графа Вампира» давно ее разочаровал, и теперь она поглощала исторические авантюрные романы, в основном за тем, чтобы дразнить Энджела пересказом сюжета и разнообразных деталей, которые писатели считали достоверными.

Намыливая руки, Маргарет проверила в зеркале, не остались ли на физиономии следы пороха и смазки, и снова подумала, что все-таки корсет стройнил, но даже ради талии в двадцать дюймов она бы ни за что не втиснулась снова в эту душегубку. Тем более что и без всякого корсета Энджел мог обхватить ее талию ладонями так, что пальцы сходились.

«И вообще под блузкой не видно», – подумала девушка. Хотя сначала чуть не умерла от смущения, когда наставник вручил ей розовую коробку, украшенную бантами, и с ехидной усмешкой наблюдал, как Маргарет, заливаясь краской, достает лифы вроде коротких кофточек на пуговках и косточках.

– Примерите? – предложил он и увернулся от огненного шара с ловкостью, говорящей о немалом опыте.

«Хорошо бы он сегодня пришел». – Маргарет уютно устроилась на диване, взяла ножик для резки страниц и книгу «Львы престола». Девушка в предвкушении вдохнула запах типографской краски и нырнула в роман.

Сумерки сгустились, окрасились в темно-голубой, и Маргарет уже зажгла лампу, когда наконец услышала легкие, почти бесшумные шаги. Энджел, без сюртука и жилета, постоял на пороге, опираясь локтем о косяк и глядя на девушку из-под руки, которой прикрыл глаза. Он выглядел уставшим, и свет был неприятен для его глаз. Маргарет пригасила лампу и сдвинулась к спинке дивана. Наставник лег рядом, положил голову на грудь девушки и поморщился, взял руку своей ученицы и притянул к виску с бьющейся жилкой. Мисс Шеридан принялась массировать кончиками пальцев его висок, голову и шею под ухом. Энджел протяжно вздохнул, обхватил рукой талию девушки и закрыл глаза.

Маргарет даже не догадывалась раньше, как много он работал. Конечно, она понимала: для всего того, что Энджел ей показывал, необходимы средства, причем весьма немалые, но она и представить себе не могла, сколько времени учитель тратил на то, чтобы их заработать. Иногда ей казалось, что он вовсе не спит, днем погруженный в финансовые дела, а ночью – в магические. А потому девушка старалась учиться усердно, чтобы ему не приходилось вместо отдыха возиться с нерадивой ученицей.

Рука Энджела расслабилась, морщинка меж бровей разгладились, и дыхание стало тихим, глубоким и ровным. Он тяжелее придавил девушку к дивану, жилка на виске перестала судорожно биться – Редферн заснул. Маргарет отвела волосы с широкого лба спящего и коснулась его у складочки над левой бровью. Жар, который всегда донимал Энджела во время мигрени, ушел, но наставник стал негромко похрапывать. Маргарет сползла по подушкам пониже и поправила его голову так, чтоб шея не выгибалась. Похрапывание стихло, и девушка снова взялась за книгу.

Прошло часа два и четыре главы, прежде чем Энджел зашевелился, зевнул, протер глаза и пробормотал:

– Это я заснул, что ли, да?..

Голос у него был хрипловатым и неразборчивым спросонья.

– Вы каждый раз так удивляетесь, прямо как впервые, – ворчливо ответила Маргарет: поскольку она не шевелилась, чтобы его не разбудить, у нее затек левый бок.

Редферн приподнялся на локте, потер шею, покрутил головой, довольно хмыкнул – и улегся обратно.

– Ну эй! – возмутилась девушка.

Наставник перевернулся на спину и посмотрел на нее снизу вверх, как кот:

– Мне кажется, вы невеселы.

– Еще бы! Вы отдавили мне все, что только можно! Я скоро стану как камбала, и меня можно будет подкидывать под дверь в конверте. А еще вы ужасно жесткий и костлявый. Ели бы побольше, что ли…

Энджел поднял бровь.

– Сеанс ваших нелогичных жалоб окончен? Я как раз хотел вознаградить вас за прилежание в учебе, а так ведь могу и передумать.

– Вы подразумеваете под наградой залежалую конфетку из вашего кармана? – фыркнула Маргарет и отгородилась книгой.

– Это было всего один раз! – с искренним возмущением воскликнул Энджел. – Вы сами хотели попробовать конфету эпохи регентства, я вас не заставлял! Я вообще забыл, что она там лежит… А это что?

Он приподнялся на локте и взглянул на зеленый шелковый ридикюль, который уже полгода пылился на столе.

– Моя вышивка, – досадливо отвечала Маргарет и положила руку ему на грудь, чтобы вернуть обратно. – Я еще дома ее начала и все никак не найду время доделать.

– Но на что вам эта штука? У вас же чертова уйма этих мешочков…

– Ридикюль, Энджел, – с улыбкой поправила девушка. – Это называется ридикюль, – и вручила ему сумочку для ознакомления.

– Но что вы в них носите? – Он в недоумении залез внутрь и потряс сумочку. – Туда же не влезет ни нож, ни пистолет.

– Баночку с кремом, гребешок, платок, ключи от шкатулки, кошелечек с мелочью…

– То есть вы берете один мешочек и кладете его в другой мешочек? – удивленно спросил Энджел. – Но зачем?!

Маргарет поманила его поближе и, когда он доверчиво к ней подался, прошептала: