Удар в солнечное сплетение.

Мажор повторно валится в клумбу, хватая ртом воздух.

— Эй! — Ко мне дернулись приятели дурачка. — Совсем охренел?

Двое аристо окутываются голубыми аурами.

Не знаю, что за магию они собираются применить, но я готов к любому повороту. Принимаю боевую стойку, удерживая ушлепков в поле зрения.

Девчонки с интересом наблюдают за батальной сценой.

— Ты… — сипит павший отморозок. — Ты вообще знаешь, кто я?

— Кусок дерьма, нападающий со спины, — я даже не пытаюсь скрыть презрение.

— Спокойно, Кирилл, — раздается голос девушки с белыми волосами. На протяжении всего «поединка» она держалась в стороне и внимательно наблюдала за моими действиями. — Это не арена.

— И тут вы совершенно правы, юная барышня, — к нам приблизился мужчина в светлых брюках, голубой рубашке-поло и элегантных коричневых туфлях с острыми носами. — Есть камеры. И школьные правила, их никто не отменял.

Кирилл, кем бы он ни был, взял себя в руки. Поднявшись с земли, он посмотрел на меня ненавидящим взором. И тихо произнес:

— Это вызов.

— Он простолюдин, — в реплике девушки прозвучала легкая насмешка. — Будешь драться с представителем низшего сословия?

Вот интересно. Классовые различия на моем лице, что ли, прописаны?

— Да он вообще не пойми кто, — вырвалось у Кирилла.

— Прекратить ссоры и оскорбления! — голос мужчины зазвенел сталью. — Представьтесь, молодой человек.

Вопрос адресовался мне.

Кирилла, похоже, и так все знают.

— Илья Невзоров.

— Он по квоте поступил, — сообщила подружка блондинки, низкорослая худышка с розовыми волосами. — Я видела его фамилию в списке.

— Что ж, вы не можете бросить друг другу вызов на дуэль, — резонно заметил мужчина. — До сентября, во всяком случае. Напоминаю, что в обычном мире Дуэльный кодекс запрещает поединки между именитыми и простолюдинами. В стенах лицея это ограничение снимается. Вот только никто из вас еще не получил жетон.

Кирилл смерил меня испепеляющим взглядом.

— Не надейся, что я забуду. Тебе конец.

И, развернувшись, мой испачканный оппонент двинулся прочь с территории школы.

— Вам нужно в приемную, Илья, — невозмутимо произнес мужчина. — И постарайтесь… не ввязываться больше в конфликты.

Мы разошлись.

Мужик в поло неспешным шагом двинулся в глубину сквера, примыкающего к зданию лицея. А я быстро преодолел остаток дистанции.

Лицей оказался монументальным новостроем, маскирующимся под архитектурный стиль начала прошлого века. Массивные колонны, портик, непонятное нагромождение корпусов. Четыре этажа и странное ощущение чего-то нехорошего, притаившегося в сердце комплекса. Постройка была светло-серой, на ступеньках пахло свежим ремонтом.

Через турникет я прошел, приложив временный пропуск к считывающему устройству.

Запоздало вспомнил про крекеры.

Гулкий вестибюль встретил меня во всеоружии. Сонным вахтером в неприметной будке, высоченными сводами, широкой лестницей на второй этаж. Зеркалами, вмонтированными в квадратные колонны. Бездействующим гардеробом. И стендом, на котором администрация вывесила инфу для поступивших.

Я подошел к стенду.

Первое, что бросилось в глаза, — внушительный список первокурсников. Моя фамилия с трудом отыскалась в самом конце. В скобочках отмечено: «квота».

Роковая приписка.

Могли сразу написать: нищеброд, простолюдин, недостойный тип. Уверен, я стану местной знаменитостью. Объектом для насмешек, издевательств, гнобления. Каждый ученик лицея будет уверен, что мне нечего делать в данном заведении. И дело чести уважающего себя мажора — создать такие условия, чтобы чернь поскорее отчислилась.

У них есть одна проблема.

Я не боюсь арены.

И с каждым выигранным боем моя сила будет только расти.

Рядом со списком висело объявление, согласно которому прием документов от учащихся производится на первом этаже, в кабинете 1-10.

Нужный кабинет я нашел быстро. Уточнил у вахтера, куда идти, свернул в длинный коридор и через минуту уже стоял напротив белой двери с табличкой «Приемная».

Постучавшись, вхожу.

— Здравствуйте.

Тут всего один стол, на котором развернут ноутбук. За столом сидит строгая женщина лет тридцати. Волосы уложены в красивую прическу, один локон падает на лоб. На женщине белая блуза и медальон с непонятным символом. Две перекрещенные булавы, кажется. В окружении уже знакомых звезд. Я не разбираюсь в геральдике, но, по всей видимости, секретарша принадлежит к роду, в незапамятные времена подчинившемуся клану Адамсов.