— Есть первичный захват, — доложил Раундтоп. — Тридцать секунд до полного захвата.

Через секунду второй торпедоносец доложил, что и его торпеды захватили цель.

Корабли легли в дрейф, приближаясь к цели лишь по инерции. Текли секунды ожидания, и Кевину казалось, что его сердце не выдержит и сейчас вырвется из груди. Корабль килрафи был воистину огромен. Он более чем вдвое превосходил размерами все когда-либо виденное им. Но рядом уже были сотни вражеских истребителей.

За несколько секунд безумной схватки Кевин потерял почти всю свою эскадрилью. Он безжалостно крутил штурвал, стараясь остаться в живых и в то же время хоть как-то защитить «Броадсворды», которые висели практически неподвижно в ожидании полного захвата цели.

Один за другим «Броадсворды» исчезали, разлетались на сотни частей, горели яркими факелами беззвучно превращаясь в ничто.

Три «Гратхи» рванулись к Раундопу.

Зайдя в хвост головному истребителю Кевин с кинжальной дистанции выпустил управляемую ракету, и переключился на второго, изрешетив его залпами из своих орудий. Третий истребитель успел выпустить очередь, попавшую в хвост «Броадсворда». Кевин успел только заметить, как полыхнуло в том месте, где была хвостовая турель «Броадсворда». Без сомнения стрелок погиб на месте.

— Отгони его! — вскрикнул Раундтоп. — Десять секунд до запуска!

Расстояние до авианосца уменьшилось до восьмидесяти кликов, когда из его орудий вырвались первые залпы. Казалось, что в космосе выросла сплошная стена из снарядов линейных ускорителей.

Еще три «Броадсворда» распались на части. Кевин с трудом удерживал штурвал. Истребитель задрожал, и щиты правого борта, перегрузившись, отключились. Красная воронка от попадания лазерного луча засветилась у него на крыле.

Кевин моментально рванул в сторону, выпустив тепловой имитатор, который на мгновение сбил с толку систему прицеливания, и следующая очередь лазерных разрядов пронеслись мимо, лишь слегка опалив броню его истребителя.

— Три, две, одна, Пуск!!!

Пятнадцать уцелевших «Броадсвордов» разом освободились от своих торпед. Раундтоп и еще несколько пилотов, чьи машины были оборудованы лазерными устройствами наведения, остались на прежнем курсе. Ведя торпеды по лучу наведения.

Пространство между авианосцами и атакующими его истребителями превратилось в безумное месиво взрывающихся противоракет, разрывов снарядов зенитных систем и сошедшихся в схватке истребителей.

— Захват! Удерживай! — прикрикнул Раундтоп на своего второго пилота.

Кевин развернул свой истребитель. Облетая по окружности «Броадсворд» Раундтопа. Приближались новые звенья истребителей килрафи, идущие на перехват. В сторону уцелевших «Броадсвордов» полетели ракеты.

— Раундтоп, поворачивай! Поворачивай!!!

— Немогу! Я держу торпеды только лазером, три секунды, две, одна…

Кевин вскрикнул, когда сразу пять ракет взорвались вокруг «Броадсворда» его друга. Торпедоносец исчез, скрывшись в огненной вспышке.

Слева по борту расцвел фейерверк огненных вспышек, словно отдавая последний салют ушедшему другу. Все четыре торпеды выпущенные Раундтопом пробились сквозь щиты и поразили авианосец. В тишине космоса картина выглядела завораживающе, будто показывали фильм лишенный звука. На мгновение корабль заслонила серия взрывов от попаданий аннигиляционных торпед. Кевин затаил дыхание, наблюдая последние секунды жизни корабля.

— Один готов! — выкрикнул кто-то по общему каналу.

Через несколько секунд сияние стало угасать, и вдруг, из него медленно выплыл авианосец. После носового попадания вся передняя часть превратилась в страшное месиво из развороченной и оплавленной брони, вплавившихся конструкций и ставших теперь бесполезными, остатков оборудования, но корабль продолжал двигаться.

Убедившись, что видеокамеры работают, Кевин развернул истребитель в сторону авианосца.

Корабль двигался сквозь облако своих же обломков, Кевин видел пламя, бушующее посреди останков верхней летной палубы. Он пролетел над верхней частью авианосца, и тут вдруг заработали зенитные системы корабля. На пути «Рапиера» вспыхнули разрывы.

Корабль до сих пор сохранил источники энергии даже после попадания четырех торпед! Кевин завертелся, с трудом уходя от огня орудий. Заложив опасный вираж ему не на долго удалось сбить с толку орудийных наводчиков. Истребитель рванулся вдоль авианосца. Пролетая мимо кормовых летных палуб, Кевин зафиксировал свои камеры на одной из них.

На экране мелькнуло изображение: некогда стоявшие шеренгой истребители разметало по взлетной полосе, но непохоже было, что они сильно повреждены. Свет внутри горел как ни в чем ни бывало, и хотя многие килрафи лежали на палубе, оглушенные взрывом, но спасательная команда уже находилась рядом, а кое-кто поднимался и сам. Да, корабль был поврежден, но выходить из боя явно не собирался.

Изображение исчезло, когда истребитель пронесся мимо.

Кевин оглянулся, и увидел, что с полдюжины истребителей уже сидят у него на хвосте. Бросив свою машину под невообразимым углом, Кевин попытался скрыться за кормой авианосца. Истребитель страшно тряхнуло, когда он попал под выхлоп двигателей корабля. С трудом удержав машину на курсе, Кевин нажал кнопку связи.

— Белый Волк, я Синий-один. Ничего не вышло, задание провалено. Авианосец ведет бой. Авианосец ведет бой! Передаю видеоматериал.