Добавляю магические удары. Во все стороны разлетаются воздушные кулаки, диски и даже тараны. Каждое заклинание выталкивает воду из своих границ, потому вылетающий «кулак» выглядит, кидающим блики пузырем. А таран, как здоровенная медуза, рванувшая куда-то с огромной скоростью.

Я еще ускоряюсь. Верчусь словно смерч. По наитию заставляю воздух закручиваться вокруг меня. Он увлекает за собой и льющуюся с неба воду. Я сам оказываюсь в центре огромного пузыря.

Время и любые другие эмоции, кроме восторга и ликования, перестают для меня существовать. Музыка все гремит, а мое тело крутится в боевом танце. В какой-то момент мне кажется, будто я отрываюсь от земли и просто парю.

Небо озаряет очень яркая вспышка, что чуть меня не ослепляет. Ветви молний надо мной в разные стороны расходятся по всему небосводу. А центральная бьет в пузырь, сотканный вокруг меня.

Сквозь мое тело проходит заряд. Уши закладывает от небывалой мощи грома. И все прекращается…

Кончается музыка. Ветер слабеет. Молний больше нет. Даже дождь затихает.

Стою, тяжело дыша и задрав голову в небо. И никакой боли или последствий от удара не чувствую. Словно его и не было.

Вокруг темень. Солнце давно уж скрылось за горизонтом. На небе ни звезд, ни луны. Костры в поселении потушены.

А я все стою и не могу отдышаться. Это было потрясающе! Никаких больше сообщений от Системы я не получал. Но и не надо. Я и так чувствую, что мои боевые качества улучшены. Как физические, так и магические.

Проходит минута, две, десять, час. Может, больше.

Сажусь на скальный карниз. Ноги свисают с обрыва.

Мысли текут вяло. Лень вообще о чем либо думать. Просто сидишь, и тебе хорошо. В сознание вплетаются обрывки сна Тура. По их сюжету, дракон сам себя поджаривает, и мы его неспешно поглощаем. А невдалеке, заигрывающее покачивая своей необъятной кормой, щиплет травку добрая буренка. А рядом еще одна, для меня…

Бр-р!

Вытряхиваю из своей головы эти образы. Такого мне не надо. Обойдусь без всяких буренок. Сам найду себе кобылку… Тьфу! Девушку!

Тут что-то привлекает мое внимание. Всматриваюсь в темноту, и пытаюсь найти, что именно. Долго всматриваюсь, но ничего не нахожу.

Вот опять! Где-то за частоколом! Внимательно осматриваю тот район. Вот еще! На границе с лесом.

Через несколько секунд внимательного разглядывания, начинаю различать десяток темных фигур. Гоблины что-ли не все вернулись?

Не похоже… Уж больно крупные фигуры, по сравнению с тщедушными телами одноплеменников Гуха.

Рядом с неизвестными появляется крупное существо ростом в половину от человека. Оно с высокой скоростью нарезает круги вокруг остальных.

Фигуры стоят и наблюдают за частоколом. Затем медленно, таясь, начинают подбираться ближе. Не к добру это…

Однако, фигур оказывается больше, чем я предполагал. Еще четыре силуэта появляется из леса. Последние подгоняют с помощью пинков и тычков три фигурки поменьше, тощих таких. Вот это уже гоблины.

Походу, община «Фаталити» добралась до нас. Больше некому. Место то удачное нашли, чтобы подобраться. Здесь граница леса образует узкий клин, что близко подходит к частоколу и оставляет небольшой участок поля до края разлома.

Сейчас вы об этом пожалеете, уроды!

Быстро накидываю на себя, убранные до этого в пространственный карман, вещи. Накрываю голову капюшоном плаща, и активирую функцию «Камуфляж».

По телу прокатывается волна, делая меня прозрачным. Почти прозрачным. Капли дождя продолжают стучать по мне и обтекать, демаскируя.

Да, и хрен с ним! Все равно не так заметно. Тем более, сейчас темно.

Прыгаю вниз, активируя перед собой воздушный щит. Начинаю скользить, набирая скорость. Нужно атаковать недругов неожиданно. А затем, можно оглашать округу громким криком. Чтобы наши просыпались.

Пока лечу по направлению к противнику, наблюдаю, как один из первой десятки оборачивается к отстающим, машет рукой и что-то говорит. Замыкающий тоже чем-то взмахивает…

И голова, бредущего перед ним гоблина, отлетает в сторону.

Ах, вы, суки! Что вам гоблин сделал? Это такой же разумный, как и мы!

Хотя у них, вроде как, рабство и насилие поощряется.

Один из еще живых гоблинов накидывается на одну из крупных фигур. До меня доносится его крик: «Беги!»

Третья тощая фигурка, ниже на голову остальных двух, срывается на бег. Накинувшегося гоблина откидывают, и начинают рубить топором.

Убегающий гоблин оборачивается на миг, и замирает, увидев кровавую картину.

— Оте-е-ец! — истошный крик очень молодого женского голоса разрезает тишину ночи.