Стянула резинку с волос, слегка их растрепала. Разделила на две половинки, перебрасывая вперед. Если не наклонять голову, пятна никто не заметит.

Волосы у лица раздражали с непривычки. Она редко носила их распущенными, все чаще собирала.

Лишь бы не забыться и не откинуть их назад.

Пока шла до кабинета, пообещала себе не смотреть на Дейвила. Даже не поворачиваться в его сторону. Во-первых, он не достоин ни одного ее взгляда, а во-вторых… Она может разволноваться и покраснеть.

Переступив порог, сразу повернула направо, туда, где сидела.

Андерроуд, с выражением смертной скуки, крутила пальцами карандаш. Заметив приближающуюся Феликсу, окинула придирчивым взглядом, не выражая особенно никаких эмоций.

— Конфликт уладили?

Она боялась, что от бешеного напряжения внутри голос будет дрожать, сменится тон или она внезапно заикнется. Но нет, она звучала спокойно и ровно, будто ничего не произошло.

— Можно так сказать.

Андерроуд повернулась к ней, когда Феликса села на свое место. Склонила голову.

"Черт, она у Дейвила научилась?"

Пристальный взгляд изучал, не стесняясь.

Похоже, Дейвил преподает на курсах имени самого себя.

Феликса дернула плечом, стараясь не выдать нарастающего волнения. И все же не выдержала.

— Что? — вышло немного рвано, за что мысленно отвесила себе подзатыльник.

— Ничего, — Андерроуд качнула головой, не теряя раздражающего бесстрастного выражения на лице. — У тебя волосы были собраны.

— Распустила, — подтвердила очевидное, утыкаясь в конспект.

От взгляда синей хотелось закрыться, спрятаться, залезть под стол в конце концов. Она будто видела насквозь. Заглядывала внутрь и смотрела, как именно прошли последние полчаса.

Склонилась над столом, чтобы не видеть вынужденную соседку. Волосы закрыли лицо непроницаемой шторой. Выдохнула с облегчением, прикрывая глаза.

"Это скоро закончится. Немного потерпеть и…"

— Эй, ты в порядке?

Она, как в замедленной съемке, видела изящные пальцы с идеальным маникюром, касающиеся волос. Как они чертовски медленно — как ей казалось — отвели их за плечо, открывая лицо и шею.

Судорожно вздохнув, Феликса быстро прикрыла засосы волосами, следя за медленно поднимающейся бровью Андерроуд.

— Это…

Что? Сыпь? Случайность? Пошла пятнами от стресса? Чушь.

Так и не придумав продолжения, Феликса закрыла рот, а синяя выжидательно смотрела, словно такого ответа ей недостаточно.

— Мне действительно надо что-то объяснять?

Она говорила спокойно, без нападок и резкого тона. И это, похоже, Андерроуд устроило.

— Нет, — улыбка растянула ее губы.

Рыжая посмотрела на профиль Дейвила и дернула щекой.

О, боже… Она не специально копирует его, нет. Это не наиграно. Натурально. Она переняла самые явные эмоциональные проявления Дейвила.

И это пугает. В самом деле.

— Так, ты не сказала, ты в порядке? — взгляд рыжей вновь вернулся к Феликсе.

"Почему тебя это волнует? Мы с тобой по разным сторонам дороги, Андерроуд, чтобы тебе было до меня дело."

Взгляд непроизвольно метнулся к Дейвилу. Спокойный, даже равнодушный ко всему вокруг. На шее под волосами маленькие красные точки от ее ногтей. Сразу представила при каких обстоятельствах они появились. Картинка живо нарисовалась, сдабривая теми же острыми ощущениями.

На миг прикрыла глаза, одергивая себя.

Не смотреть! Не смотреть в его сторону!

— В полном. Вернемся к работе, ладно?

Андерроуд еще несколько чертовски долгих мгновений всматривалась в ее лицо и, наконец, кивнула.

Натяжение в груди ослабло.

От ее пронзительного взгляда становилось не по себе. Будто наизнанку выворачивает. Ужасные ощущения.

Эпизод 25. Лютая похоть

На обеде взгляд постоянно метался к Фоукс. Ему нравилось смотреть, как она прикрывает шею, нервничает, что его засосы кто-то заметит.

Его.

Блять, это маниакальное наслаждение знать, как она стонала, когда он оставлял их. Слышать эти стоны и всхлипы в своей голове. Видеть, как она краснеет всякий раз, проводя рукой по шее.

Сука, это даже лучше, чем секс с Мими.

Дайана за все время в большом зале ни разу не улыбнулась. Ела медленно, откинувшись назад, и сверлила Дейвила взглядом. Он чувствовал его и намеренно игнорировал.

— Кто-то оставил у Фоукс засосы на шее, — Ди идеально воспроизводила его безразличный тон.