Гилиам всадил меч в землю и, опершись об крестовину, прерывисто дышал.

– Впечатляет, – Осванд кивнул, – но ты потратил слишком много сил, а это были не все обитатели бора.

В подтверждение словам рыжеволосого из-за деревьев послышался писк, от которого вставали волосы дыбом, и хлынула лавина быстрых тварей. Они перебирали лапками и шипели, с длинных передних зубов капала слюна. Прозрачная ядовитая слюна.

Лилиит кинулась вперёд, привлекая их внимание. Она чувствовала ярость, которую источали звери, впитывала её и кромсала мечом врагов. А потом отразила их эмоции, выплеснула вперёд ударной волной. Оглушённые и потерявшие зрение оуксюки закрутились на месте. Один за другим они падали на землю от стрел и мечей.

Она тянула время. Томас докончил создавать иллюзию. Перед созданиями с несколькими пар глаз из тумана соткалась фигура раненой лани, она подтягивала задние ноги и пыталась убежать. Они учуяли кровь, которой на самом деле не было, сменили выбор добычи.

Лань, хоть и была ранена, бежала быстро. Заманивала. Проскакала по воздуху и растаяла, а лавина оуксюков по пологому глиняному берегу скатилась в озеро. Они пищали и уходили под воду. Плавать грызуны не умели.

Томас опустился на укрытую мхом землю и стёр пот со лба. Лилиит, бледнее луны, сидела у дуба и прислонилась спиной к шероховатому стволу. Мартон стоял рядом с Гилиамом и о чём-то с интересом выспрашивал. Драдер лечил рану на голени Осванда. Ему на это требовалось время. Яд не хотел покидать человеческий организм, а рыжеволосый сцепливал зубы и шипел как змея. Леоф помог сыну алари встать с земли:

– Мы справились?

– Если тут и остались оуксюки, то количество их значительно снизилось, – ответил Зверолов. – Они не посмеют напасть на людей, пока не залижут раны и не восстановят свою численность.

– Это было просто, – Драдер закончил с раной Осванда. – Для нас это было чересчур просто.

В Нулбанар охотники вернулись через три дня. Илис был доволен, и как глава «Щитовых мечей» выдал им дополнительное жалование. Осванд тотчас же уехал и все догадывались к кому. Перед отъездом рыжеволосый пообещал вернуться через несколько дней, крепко обнял друзей и скрылся в клубах пыли, что поднимала его серая кобыла.

Они сидели за столом в обеденной зале, когда Мартон покачал головой и пожаловался на возраст.

– Не так я молод, чтобы копьём махать. Видать, намекнули мне на это высшие силы и наградили силой травки растить. Чувствую, что неспроста это всё.

– Сколько тебе? – фыркнул Леоф. – Около сорока? Рано ты себя хоронишь, дядечка.

Мартон осклабился и запустил в наглую баронью морду обглоданной костью.

– Ну что вы делаете, а?! – уперев руки в бока, поинтересовалась Марей. – А убирать кто будет?

– Я помогу, – вызвалась Лилиит, которая не могла найти себе места.

– Да сиди уж, – махнула на неё рукой женщина. – Сама управлюсь. А за этими двумя следи. Я тебе, как себе доверяю.

Охотница улыбнулась, чувствуя, как в груди потеплело после этих слов.

– А если тебе надоело копьём махать, – вновь заговорила Марей, – и хочется растить цветочки и травки, то я и помочь тебе могу. У меня вон теплица за лавкой полупустая. Расти, сколько душеньке влезет. Я даже помогу тебе сбывать выращенное.

– Щедро, – усмехнулся Илис, вливая в себя жидкость из медного кубка. – Твой отец бы не одобрил.

– Мой отец давно с богами пирует, – нисколько не смутившись, ответила она мужу. – А с того, что этот охотник вырастит можно поиметь неплохую прибыль. Люнэ ведь права, мало кто сейчас в состоянии вырастить лечебную траву и приготовить её правильно. А мы расширимся, лекарства продавать будем.

Мартон, чуя запах золота, согласно закивал лысой головой.

Томас вёл их две недели по видимой только ему алой нити. Дорога была неблизкой и опасной. Но они прошли свой путь. Лес шелестел листвой, ветер доносил запахи цветущих растений, вдалеке послышался вой.

– А вот и Хранитель.

В подтверждение словам Томаса, из леса показался чудовищных размеров волк, он поднял морду к небу и приветственно завыл.

– Теперь сильны. Теперь вижу.

– Давно не виделись, собачка, – сфамильярничал Драдер, за что получил раздражённое рычание. – Шучу.

Волк махнул пушистым чёрным хвостом и скрылся в чаще.

– И что это значит? – Мартон почесал лоб. – Мы можем войти?

– Попробовать можно, – развёл руками Леоф и первым ступил под сень.

Лилиит вначале решила, что этот лес похож на Рощу Первородных. А потом поняла насколько сильно ошиблась. Роща у деревни Гудрас была враждебно настроена ко всем, кто ступал под её деревья. Только благодаря Эфрикс людей не рвали на части дикие звери, не давили своими стволами вековые древа и не травили своими запахами ядовитые растения.