В этот момент он достал веер и вручил мне.

Я посмотрела на него в недоумении.

Крис опустился на одно колено, возле меня и сказал:

— Мири, я предлагаю тебе стать моей женой по окончанию Академии, и вручаю тебе мой подарок.

Крис протянул мне руку, в которой было зажато помолвочное колечко с бриллиантом в окружении изумрудиков.

— Ты согласна, любимая?

Вот тут я поняла зачем веер нужен был. Я так растерялась. Кровь прилила к лицу. Стало жарко. Я стала обмахиваться веером, судорожно думаю, как я маме с папой скажу, что в семнадцать лет мужа нашла.

Крис меня не торопил. Сразу видно, что опыт общения со мной имеется.

— Ты как, успокоилась? А то у меня коленка замерзает. — улыбнулся Крис. — Тебе еще два года учиться ты же помнишь, да?

— Да.

— Да, согласна, выйти замуж? Или да, помню про два года?

— И то и другое! Ой!

— Спасибо, теперь уверен, я тут самый счастливый жених в округе, — сказал некромант, одевая мне кольцо на пальчик.

— Конечно самый, тут же больше никого нет! — не смогла я промолчать.

— Моя вредная любимая ведьма, — прошептал мне в губы Крис, — вот что я могу делать без тебя в этой жизни?

Дальше мы целовались, опять целовались и снова целовались.

И чем это закончилось?

Мы неслись сломя голову, так как опаздывали на начало торжества. Погуляли, называется…. Зато, я первая невеста в моей семье!

Начало бала многообещающее.

И свидание закончилось интересно. Всё как всегда.

Так я не собиралась еще никогда. Спасибо, что платье приготовила заранее. Лана ругалась как никогда. Она — то уже была готова. Я буквально впрыгнула в свой наряд. Чулки и туфли на мне.

Подруга быстро наносит чудо-состав на волосы, они становятся ровными и блестящими. На сложности нет времени. Делаем низкий пучок, и одну прядь лёгкой волной по контуру. Обвязываем лентой, что дали нам к платью. Её концы свободно свисают мне на спину. Нежный девичий наряд.

Легонько подвожу глаза, крашу ресницы, на губы блеск.

— Миранда, а украшения где?

— Ой, сейчас.

Роюсь в шкатулке, наконец, нахожу искомое — серебряный кулон и сережки к нему с небольшими зелеными камушками.

Тут раздается стук в дверь.

— Мили, ты там на какой стадии сборов?! — кричит Крис через дверь.

— Я готова! — распахиваю её. — Вот, смотри!

— Я в восхищении. Давай никуда не пойдем! Я сам буду на тебя любоваться. Василика, ты тоже чудесно выглядишь!

— Нет уж! Столько сил убито! Я хочу, чтоб все на нее посмотрели! — воскликнула Лика.

— А я не очень хочу, чтоб на мою невесту пялились все подряд! — сурово возразил некромант.

— К-какую невесту? — стала заикаться Лика. — Когда успели?

— Вот уже минут сорок как! — довольно сообщила я и продемонстрировала колечко.

— Так хочется шлёпнуться с вами в обморок! Но некогда! Мы опаздываем. Плащи! Быстро! Завтра все подробно расскажите! Я вас покусаю, как голодный вампир! Тихушники!

Мы отнюдь не благородно бежали в главный корпус. Крису было проще всех, ему в сапогах удобно и не холодно.

Влетели мы, последними. Ректор посмотрел на нас со сцены с неодобрением. Конечно, нам достались последние места. Крис пропустил нас, а сам сел с края.

Зазвучала торжественная музыка. Свет в зале притушили.

Ректор Морриус вышел к установленной на сцене трибуне.

— Приветствую вас адепты Всеобщей академии и Военной академии Светлозёрного государства на нашем балу. Пусть он запомнится вам, как возможность налаживания связей, между нашими учебными заведениями, шансом хорошо провести время в приятной компании, пообщаться с единомышленниками. Трагические события, которые свели нас здесь, не должны омрачать сегодняшний день, но и забывать мы их не должны. Ведь кто не помнит ошибок, обречён, повторять их вновь.

Зал зашушукался.

— Сегодня, к нам прибыли почётные гости, те, кто не побоялся в трудную минуту придти на помощь. И хотя, наши магии и возможности различны — это не значит, что мы не можем быть друзьями.

Ректор повернулся вправо, вытянул руку в приглашающем жесте.

— Прошу приветствовать наших гостей из Драконьей академии. Эти пятнадцать молодых драконов, помогли одолеть поднятую нежить.

Зал взорвался аплодисментами. Мы с Ликой просто встали, чтобы нам было видно, что происходит на сцене, ведь последний ряд был далеко, а за ним стена.