Мобильная связь появилась только возле города, завибрировавший телефон уведомил меня о полученном сообщении. Вытащив его из кармана, ткнул в экран, снимая блокировку. Из-за того, что к новому телефону я еще не привык, так как мало им пользовался, открыть сообщение удалось спустя еще три нажатия на экран. Найденный в одной из квартир мобильник, с симкартой от другого телефона, он отличался маленькими габаритами, но большой емкостью батареи.

«— Сергей, нас глушат, навыки не работают, патроны на исходе, это конец», — только один абонент знал, что это номер находится сейчас у меня.

— Лена, — выдохнул я, перебирая сотни мыслей, от, что делать, до, куда бежать.

Вернувшись к дому, где мы ночевали в последний раз, я обошел район, внимательно ко всем присматриваясь. Если наблюдение и велось, то только через камеры, установленные на перекрестках и фасадах некоторых домов. Представляя примерный сектор охвата, я обходил их так, чтобы не попасть в кадр. Про силы правопорядка сказать тоже самое было нельзя, с моргающими красно-синими люстрами и набитые вооруженными полицейскими, патрульные машины то и дело проезжали по главным дорогам, изображая бурную поисковую деятельность.

Поднявшись в квартиру, я её обошел, следов обыска было не видно, все вещи лежали на своих местах, разве что не было топора Лены, а вот её новое красное платье так и висело на плечиках на открытой створке двери платяного шкафа. Стоя от него в полуметре, заметил, что в конструктах этой одежды что-то неуловимо изменилось. Имея теперь те же параметры и навыки, что и Лена, я вгляделся в ткань, но так и не смог понять, что она сделала.

Обратив после этого внимание на обои этой комнаты, я подошел к стене и провел ладонью по чуть шершавой поверхности. Едва заметные, цепочки конструктов шли полосами сверху вниз, а так же справа на лево, заключая пространство внутри комнаты в своеобразную клетку. Подав квази-энергию на данный конструкт, я ничего не ощутил, однако Лена не стала бы тратить столько сил и энергии на бесполезное действие. Почти полчаса у меня ушло на то, чтобы разобраться что именно делает работающая «решетка».

— Надеюсь ты жива, — тихо произнес я, отчетливо осознавая, что даже догнав её в развитии квази-приложений на интеллект, я все равно проигрывал ей в гениальности.

В основе воплощённой девушкой идеи лежала моя невидимость, рассматривая ломаные линии, я смог узнать несколько похожих блоков. А вот потом шла помесь чего-то с чем-то, и, как результат, я теперь мог спокойно находиться в этой комнате, не опасаясь быть обнаруженным ни Сенсорикой, ни ЭнергоОком. Глянув на платье, понял, что его наполняют те же цепочки конструктов, что и на обоях, только уложенные более плотно и в виде замкнутых колец. Судя по всему, Лена готовилась стать незаметной для окружающих её людей, используя для этого обычную одежду. Отойдя от платья, я вновь задумался о том, что могло произойти с отрядом наемников.

Единственной зацепкой являлось использование глушилок. Данные устройства имелись у полиции, в самые первые дни я часто смотрел по телевизору новости, где гоняли в видеозаписи подавление митингующих с помощью этих самы глушилок. В комнате как раз стоял телевизор, я его включил, не особо надеясь что-нибудь узнать. На экране появилась картинка, но без звука, какой-то чин в орденах и с большими звездами на погонах уверенно вещал с внушительной трибуны.

— И что ты нам скажешь? — подобрав пульт, я добавил громкость, после чего едва не раздавил пластмассовый гаджет, непроизвольно сжав руки в кулаки.

«Многочисленные террористические акции нанесли непоправимый урон не только инфраструктуре нашего города, но и аппаратно-управленческой вертикали власти, сводя на нет все приложенные усилия по стабилизации жизни простых граждан в столь не простое для всей страны время! Однако, сегодня днем, силами отрядов быстрого реагирования и специального назначения, группа террористов наконец-то была захвачена и обезврежена! В составе организованной группы находились представители ближнего и дальнего зарубежья. Под чужими именами с фальшивых чипов, они нагло действовали прямо в центре нашего города, а так же ближайших пригородах!»

Выступая без подготовки, мужчина порой запинался, подбирая нужные ему слова. Но, напора и уверенности в том, о чем говорил, он не утрачивал ни на одну минуту. Бегущая по экрану снизу строка давала подсказку, генерал-майор полиции, человек аж десятого уровня, в текущий момент он совмещал должности и мэра и погибшего вчера губернатора. Я еще какое-то время его послушал, отмечая для себя, как, не зная истинного положения дел и обстоятельств, можно извратить очевидные факты и выдать их в противоположном свете.

— Ах ты ж сука! — не веря своим глазам, я едва не упустил самое главное во всем этом фарсе: — ну, теперь-то ты от меня не скроешься!

Помня условия контракта Охотника за Головами, где надо было убить седьмых, восьмых и одного или двух девятых, я и подумать не мог, что выступающий по телевизору полицейский, со своим десятым уровнем, тоже из их числа. Только вот топор, очень знакомый мне топор, с приметной длинной рукоятью, случайно попавший в кадр, расставил все на свои места. Оружие Лены, оказавшееся у этого типа, говорило об очень многом. К сожалению, я не имел возможности посмотреть текущую статистику контракта, но что-то мне подсказывало, что количество подлежащих ликвидации лиц, с сорока семи, снова увеличилось до изначальных пятидесяти трех.