— Весьма интересная личность. Я приплыла с Ямайки. Собираю ракушки. А вы добирались на лодке?

— Ну конечно.

— И где же она?

— Мы с другом спрятали ее у прибрежных деревьев.

— Но здесь не видно никаких следов.

— Потому что мы их уничтожили. Мы — осторожные люди. В отличие от вас. Кстати, вы приплыли под парусом?

— Что за вопрос! Конечно, как обычно.

— Тогда о вашем присутствии уже известно. На острове есть радар.

— Им ни разу не удалось меня поймать! — сказала она с вызовом.

Тут она, составив, по-видимому, о Бонде определенное мнение, спрятала нож. Маску со лба она тоже сняла. Голос ее смягчился:

— Как вас зовут?

— Бонд. Джеймс Бонд... А вас?

Вопрос, казалось, застал ее врасплох. Она на секунду задумалась, потом проговорила:

— Ридер.

— Ридер? Но это, вероятно, фамилия? А имя?

— Ханничайлд.

Бонд улыбнулся.

— Что вы нашли в этом смешного? — обиженно спросила она.

— Да нет, ничего... Чудесное имя. Ханничайлд Ридер.

— Все зовут меня просто Ханни.

— Очень рад с вами познакомиться, Ханни.

Это избитая фраза, казалось, напомнила девушке о ее наготе. Она покраснела и неуверенно сказала:

— Мне надо одеться.

И посмотрела на лежащие у ее ног ракушки. Было ясно, что ей очень хочется их унести. Ее глаза выдавали это желание лучше всяких слов.

— Не смейте их трогать, пока я не вернусь! — приказала она строго.

Глаза Бонда заискрились от смеха. Его от души развеселил этот детский вызов, но он вежливо ответил:

— Не беспокойтесь, я их посторожу.

Она снова на него посмотрела, словно сомневаясь в его искренности. Потом махнув рукой, скрылась за скалами.

Бонд сделал несколько шагов и подобрал одну ракушку. Она была еще живой, створки плотно сжаты. Похожа на лиловый камешек. Ракушка показалась Бонду совершенно обыкновенной, и он бросил ее рядом с остальными. Интересно, девушка действительно приехала за ними? Похоже, что да. Но какой невероятный риск — долгое ночное путешествие в полном одиночестве, да еще не менее трудный путь обратно! Да к тому же ей, кажется, известно, что Крэб Ки — опасное место. Разве она не сказала: «Им ни разу не удалось меня поймать?»

Забавная девочка! При мысли о ней Бонд почувствовал теплоту, даже нежность. Он уже забыл о перебитом носе. Но хорошо запомнил глаза, губы, великолепное тело. В ее фигуре, осанке было что-то царственное.

А эта манера нападать! Не раздумывая, она выхватила нож, чтобы защищаться, как дикая самка, защищающая своих детенышей. Откуда она, где живет? Кто ее родители? Она казалась совершенно одинокой. Да, кто она все-таки, эта Ханничайлд Ридер?

За спиной послышались быстрые шаги. Бонд обернулся. На Ханни были надеты какие-то лохмотья — коричневая холщовая рубашка с оторванными рукавами и темная продранная юбка, стянутая на талии кожаным ремнем. На правом боку по-прежнему висел нож. На плече — холщовый мешок.

Она осторожно приблизилась, словно гибкая лесная кошка. Подошла к нему совсем близко и молча принялась собирать ракушки, бросая их в мешок.

— Они редкие? — спросил Бонд.

Она выпрямилась и посмотрела ему в лицо, словно ища следы какой-нибудь задней мысли. Потом, видимо, успокоившись, сказала заговорщицким тоном:

— Обещайте не говорить никому ни слова. Могила?

— Могила! — сказал Бонд с серьезным выражением лица.

— Ну ладно, — сказала она дрожащим от гордости голосом. — Эти ракушки очень редкие! В Майами мне дадут по пять долларов за штуку. Этот вид называется «Элегантная Венера».

Ее глаза блестели от возбуждения. Она доверяла страшную тайну.

— Сегодня утром я обнаружила здесь целую колонию, — она махнула рукой в сторону океана. Потом вдруг снисходительно взглянула на Бонда.

— Вы-то не можете их найти. Они умеют хорошо прятаться. Кроме того, надо нырять на большую глубину. Я бы удивилась, если бы вам это удалось. А я непременно сегодня же обшарю все дно. Если хотите, могу подарить вам несколько штук похуже.

— Благодарю за любезность, — ответил Бонд со смехом. — Но у меня другие планы. Мне совсем не нужны ваши ракушки... Могила! — добавил он, глядя ей в глаза.

Мешок был полон. Она выпрямилась.

— А птицы? — спросила она. — Какие они? За них хорошо платят? Скажите честно, я никому не проболтаюсь. Могила! Меня интересуют только ракушки.

— Ну хорошо, — сказал Бонд. — Это разновидность розовых фламинго, с плоским клювом. Вы видели их здесь?

— Ах, эти! — протянула она с разочарованием. — В свое время их здесь были тысячи. Но теперь почти не осталось. Их спугнули.

Перестав бояться подвоха от этого симпатичного орнитолога, она уселась на песке, обхватив колени загорелыми руками, очень гордая своими познаниями. Бонд прилег рядом, небрежно опираясь на согнутый локоть. Он старался не спугнуть атмосферу пикника, детской дружбы, сообщничества, чтобы попытаться узнать побольше об этой забавной и красивой девушке.