— Никакого высшего пилотажа, — буркнул он, устраиваясь рядом с местом пилота. Вдоль взлётной полосы горели зелёные огни — путь был свободен.

— Ладно, — кивнул Линкен. — Куда летим?

— Стометровый провал в окрестностях Жёлтого озера, — Гедимин на всякий случай проверил целостность пузырьков. Фрилолитейный агрегат, пока что оставленный в ремонтном ангаре «Волчьей речки», поближе к электросетям, уже год исправно обеспечивал его ёмкостями и крышками к ним, — можно было пожертвовать одной или двумя.

Едва Ураниум-Сити остался позади, Линкен погасил бортовые огни и отключил координатор. Гедимин озадаченно посмотрел на него.

— Я помню дорогу, — сказал взрывник. — Обойдёмся без макак.

Его лицо поминутно вздрагивало; Гедимин не мог в тусклом свете приборной панели разглядеть его глаза, и ему было не по себе.

— Ты справишься с приготовлением посреди леса? — спросил Линкен, глядя вниз, в черноту. — Не нужно оборудование из ангара?

— Обойдусь тем, что есть, — отозвался Гедимин. — Садись.

— Провал не здесь, — взрывник, что-то почувствовав, покосился на него. — Ты передумал?

— Садись! — ремонтник незаметно коснулся крепления на ремне. «С Лиском неладно. Надо приземлиться…»

Луч прожектора упал на лес, очертил круг и замер на высвеченной поляне у большой упавшей сосны. Под вывороченными корнями блеснула вода.

— Я сажусь, — сказал Линкен. — Всё в порядке. Тут сыро, но глайдер не утонет.

«Бьюик» замер в полуметре над ковром мха, опираясь на пузырь защитного поля. Гедимин ступил на землю и по щиколотку ушёл в растительный покров и холодную воду под ним. Огни глайдера погасли.

— Там, — луч фонаря прочертил дорогу вдоль упавшего ствола. Она вела на небольшую возвышенность, где мох сменялся травой. Гедимин остановился на холмике, содрал слой слежавшейся хвои и поставил самую крупную ёмкость в образовавшуюся ямку. Вырвав клок мокрого мха, сармат обернул им самый маленький сосуд и, сняв перчатку, подозрительно ощупал мокрые растения.

— Азотная кислота, — Линкен провёл пальцем по гравировке на крышке большого сосуда и криво усмехнулся, оглянувшись на Гедимина. — Доверишь мне смешивание?

— Лей, — ремонтник протянул ему пузырёк с серной кислотой и отцепил от крепления на бедре стеклянный стержень. — Лей понемногу и размешивай.

Он сделал два шага вниз по склону и опустил слишком тёплую ёмкость в ямку с холодной водой. По ощущениям Гедимина, до кристаллизации ей оставалось всего ничего — а значит, охлаждение должно было пройти успешно.

— Сколько органики тут вокруг, — Линкен, опустившись на жухлую траву рядом с сосудом с кислотами, оглядывался по сторонам, тыкал пальцем в окрестные сосны и что-то прикидывал, вычерчивая на ладони прямые линии. — Сколько целлюлозы… Нам, на Марсе, было труднее. Ты умеешь делать пироксилин?

«Точно же… Почему я не сказал ему о пироксилине?!» — Гедимин досадливо сузил глаза. «Это было бы безопаснее…»

— Умею. Но сегодня будет всего один взрыв, — он выловил охлаждённую ёмкость из-подо мха и бросил мокрые растения обратно в ямку. — Отойди к глайдеру.

Линкен отступил на пару шагов и остановился, глядя на сосуд со смесью кислот. Стержень он унёс с собой и теперь на ощупь вытирал о ствол дерева.

— Руки береги! — прикрикнул на него Гедимин.

— Я в перчатках, — вяло отозвался взрывник. — Работай.

Гедимин подобрал хвоинку, проткнул крышку последнего пузырька и закрепил его на ветке упавшей сосны — прямо над сосудом с кислотой. Когда первая капля побежала по самодельному «проводу» вниз, сармат попятился к глайдеру. Линкен поймал его за плечо и заставил остановиться.

— Не так быстро, — прошептал он. — На таком холоде не сдетонирует.

— Сейчас не зима, — отозвался Гедимин, оттаскивая взрывника от опасной ёмкости. Они остановились на склоне, в двух шагах от глайдера. Гедимин направил луч фонаря на висящий на ветке сосуд — вязкий глицерин стекал медленно и размеренно, поверхность кислоты каждые три секунды подёргивалась рябью.

— Я бы отлил немного на будущее, — Линкен вопросительно посмотрел на Гедимина. Тот мигнул.

— Ничего не трогай, — на всякий случай он придержал взрывника за плечо. — Это не пиркенит.

В тихом лесу двигатель глайдера грохотал, как пневмомолот, заглушая шорохи и скрипы в темноте. Какое-то животное подало голос — Гедимину показалось, что с соседнего дерева, и он направил туда луч фонаря.

— Покажи пробирку, — прошептал Линкен, потянувшись к фонарю. Ёмкость на ветке уже опустела; самодельный «провод» блестел от глицерина, по поверхности жидкой смеси плыли маслянистые пятна.