На следующий день Кира забрала документы из школы – благо она была в отпуске, и отрабатывать две недели никто не требовал. Отнесла их в фирму, подписала договор и помчалась в парикмахерскую. В конце концов, даже если Самый Главный Начальник фирмы в последний момент передумает брать её на работу, на следующее собеседование она, по крайней мере, явится не такой облезлой лохудрой.

Из одежды Кира выбрала белую футболку с морским принтом и светлые брючки. Скромненько и по-летнему. Ещё одним бонусом новой работы оказалось то, что до неё было рукой подать. Минут двадцать пешком или семь – на велике. Возле офиса новой фирмы была стойка для велосипедов. К ней даже были прицеплены два байка. Двухколёсный друг Киры был поскромнее, зато и проходящий мимо вор на него не позарится. Теперь сумка через плечо для ноута. Новоиспечённая техническая писательница критически оглядела себя в зеркало. Худющая она всё же. Правильно мама говорит. Зато стрижка удалась. Волосы удлинённого каре ложились красивой лесенкой. Болотного цвета глазки были подведены в тон, матовая помада освежила губы. С богом!

Ещё когда Кира оформлялась, она получила начерченную от руки схемку, на которой был отмечен её рабочий кабинет. Теперь, сверяясь с бумажкой, она шла в IT-отдел. Он находился на втором этаже. Будто для того, чтобы продемонстрировать товар лицом, здание представляло собой запутанный лабиринт коридоров и холлов. Найти кабинет было сложно, узнать – легко. Циферки – 223 – были выпилены из материнки и присобачены над входом. На самой двери висели два листа формата А4. На одном было написано «Комитет по борьбе с энтропией». Второй был версией плаката с красноармейцем, под которым стояла надпись: «Ты перезагрузил компьютер?». Жизнь определённо налаживается, решила Кира и шагнула внутрь. Помещение было просторным. Справа, в дальнем углу, располагался «аквариум» со стеклом почти во всю стену. Внутри стоял большой компьютерный стол и стеллажи с бумагами. В основной части кабинета толпились столы с мониторами и системниками-тауэрами. Налево из общего помещения вела дверь в небольшую комнату, типа кладовки, набитую техникой. На стене возле дверки висела электрогитара, а под ней стояла мощная колонка. Оглядеться дальше Кире не дали. Слева, из ближнего угла, раздался знакомый голос:

– Новикова, ты какими судьбами?

За угловым столом сидел – уже почти стоял – бывший однокурсник Ванька Листьев, Вано. Кира не видела его с момента окончания вуза.

– По работе мы, – Кира произнесла, окая, и коротко поклонилась. – Пейсатель ваш новый. ТехническОй, – продолжила она в том же духе.

– Кирка, это точно ты?

Вано уже нёсся обниматься. Большой, шумный и любвеобильный, он был душой группы. Кира повисла в его медвежьих объятиях.

– А можно я тоже так? – из-за моноблока подал голос паренёк, стол которого стоял рядом со столом Ваньки. Парень был совсем молоденький, Кира бы подумала, что он ещё студент. Длинные волосы были стянуты резинкой в простой хвостик. На щеках и подбородке – не иначе как для солидности, щетинилась редкая борода.

– Нос не дорос, – обрезал Вано и, наконец, выпустил «пейсателя» из рук. – Друзья мои, прошу любить и жаловать, Кира Новикова. Или уже не Новикова?

Кира быстро помотала головой.

– Кира – отличница, комсомолка, активистка, красавица – и просто моя однокурсница.

Вано глядел на сослуживцев с таким видом, будто всё перечисленное было его заслугой. Листьев был за метр девяносто ростом, и щуплая, невысокая Кира казалась рядом с ним тонкой рябиной возле кряжистого дуба.

– Это – Лёха, эникейщик и софтёр, – кивнул Вано в сторону парня с недоросшим носом. Парень недовольно зыркнул на сослуживца из-за бровей. – Софтёр в хорошем смысле, – поправился Ванька.

Лёха встал, и по-гусарски щёлкнул кроссовком. Он, как и Кира, был в белой футболке, только с хардроковым черепом, и джинсах.

– Роман, наш сисадмин.

Коротко стриженный парень тридцати с небольшим выглянул из-за монитора и посемафорил рукой. Он был в рубашке, которая слегка расходилась на широкой груди, если под «грудью» понимать всё, что выше пояса.

– Димон, глянь наружу! – крикнул Вано.

Из коморки, вытирая тряпкой руки, появился долговязый парень приятной наружности, тоже довольно молодой.

– Дмитрий, спец по железякам, – представил новое действующее лицо Листьев.

– Привет, добро пожаловать в наш дурдом. – Дмитрий поднял руку в приветственном жесте.

– Денис Борисыч, наш шеф, – повернулся Вано направо, к столу, который стоял в ближнем правом углу.

Жилистый мужчина немного за сорок, с редкой сединой на висках, вышел из-за стола и подошёл к живописной паре у дверей. Он был в голубой рубашке, оттеняющей цвет светлых глаз, и классических брюках. На указательном пальце желтело обручальное кольцо.

– Можно просто Дэн, – он с доброжелательной улыбкой протянул руку, и Кира её пожала.

– А я думала, начальник – Константин… Сергеевич, – память-предательница в последний момент подсказала отчество. Почему-то в душе появилось разочарование.

– Костя – Большой Шеф, – пояснил Вано. – А Денис Борисыч – непосредственный начальник.

– Ну, Костю посредственным-то тоже сложно назвать, – хмыкнул Денис Борисович. – Он руководит всеми техническими службами фирмы, включая монтажников. Обитает здесь, – он указал на аквариум. – Но не всегда.

– Я понимаю, новенькую уже представили, – раздался за спиной голос Большого Шефа.

Кира оглянулась. Константин Сергеевич стоял в дверях, иронически поглядывая на Ванину ручищу, всё ещё обнимавшую однокурсницу за талию.

– Костя, мы с Кирой… – начал Вано, пряча руки за спиной, будто ученик, пойманный с бычком.

– Знаю. Учились вместе. Я же читал её резюме, – произнёс Константин Сергеевич. – Так и будете начальника на пороге держать? Дайте уже пройти, – он обезоруживающе улыбнулся.