Клоуи наслаждалась, показывая себя ему, и стояла совершенно неподвижно; колонна приятно холодила ее горячую спину. Он ущипнул ее за соски — она начала задыхаться. Усмехнувшись, Джек поднял с пола белое боа и накинул на ее голые плечи. А затем стал медленно двигать перья взад и вперед.

— О, Джек! — Ей хотелось, чтобы он взял ее прямо здесь.

— Мне что-то вдруг страшно стал нравиться вкус «Джой», — прошептал Джек. Сдвинув боа в сторону, он открыл ее большой сосок и стал страстно сосать.

Клоуи дрожала; тепло переполняло каждую часть ее тела, сжигая внутренности, опаляя кожу.

— Пожалуйста, — прошептала она. — О, пожалуйста… не мучай меня больше.

Джек отодвинулся от нее, глядя дразнящим взглядом:

— Подожди немного, малыш! Я еще не кончил игру. Думаю, мы должны посмотреть меха.

И затем с полуулыбкой, сказавшей ей о том, что он точно знает, как далеко ее завел, Джек поправил боа у нее на груди, слегка ткнув в один сосок указательным пальцем, как будто ставя на место.

— Не хочу смотреть меха! — сказала Клоуи. — Я хочу…

Но Джек повел ее в лифт, где начал работать рычагами, как заправский лифтер. Когда Клоуи поднималась наверх, ее обнаженные груди прикрывало только боа из белых перьев.

В салоне мехов Джек как будто совсем забыл о ней. Он ходил вдоль стоек, перебирая все пальто и накидки, пока не остановился на длинной шубе из русской рыси. Мех был длинный и густой, серебристо-белого цвета. Джек с минуту смотрел на шубу, а потом повернулся к Клоуи:

— Снимай свою юбку!

Ее пальцы не могли справиться с боковой «молнией», и у нее мелькнула мысль, что придется звать его помочь. Но потом «молния» поддалась; юбка соскользнула с бедер на пол, и она переступила через нее. Концы боа почти касались белого кружевного пояса для чулок.

— Трусики. Сними их для меня!

Клоуи, задыхаясь, сделала, что он просил, и осталась только в поясе и в чулках. Не ожидая просьбы, она стянула с плеч боа, бросила на пол и слегка отвела плечи назад, чтобы он видел ее груди зрелые и высокие, и куст черных шелковых волос, обрамленный белыми полосками пояса для чулок.

Джек направился к ней с восхитительной шубой в руках; его глаза сверкали, как черные янтарные запонки на белоснежной рубашке.

— Чтобы выбрать подходящий мех, ты должна почувствовать его своей кожей… своей грудью… — Его голос был мягким, как мех рыси, и, возбуждая ее, он стал водить мехом по телу. — Твоя грудь… твой живот и попка… твои бедра…

Клоуи схватила шубу и прижала мех к коже.

— Пожалуйста… Ты мучаешь меня! Ну пожалуйста, хватит…

И снова Джек отодвинулся, но на этот раз лишь для того, чтобы вынуть из рубашки запонки. Клоуи увидела его раздетым; сердце ее забилось быстрее, а горло перехватило от желания. Обнаженный, он встал перед ней, взял у нее из рук шубу и положил ее мехом вверх на небольшое возвышение в центре зала. Джек шагнул наверх и протянул ей руку, чтобы она встала рядом.

Прикосновение его обнаженного тела возбудило ее настолько, что она почти перестала дышать. Джек провел руками по ее бокам и повернул так, чтобы она оказалась лицом к залу. Отодвинувшись слегка назад, он ласкал ее грудь, словно возбуждая ее для невидимой аудитории, безмолвно глядящей на них из темного салона. Его рука скользнула вниз по животу, к бедрам.

Клоуи ощутила, как напрягшийся пенис упирается ей в бедро.

Рука Джека двигалась между ее ног, и от его прикосновений разливалось тепло и томительное желание освободиться от мириадов бьющихся в теле импульсов.

Джек положил ее на густой мягкий мех, который приятно щекотал кожу. Повернув щеку в мягкий мех, она подняла бедра вверх, отдаваясь ему в центре мехового салона, на подиуме, сделанном для показа самого лучшего, что могли предложить в «Харродз».

Джек взглянул на часы.

— Да, сейчас должна вернуться на дежурство охрана. Я вот думаю, сколько времени им понадобится, чтобы найти нас здесь?

Через мгновение Клоуи осознала смысл его слов. Поняв все, она хрипло воскликнула:

— Боже, ты ведь сделал это нарочно!

— Конечно!

Огонь в ее теле и ужас открытия соединились в страшном взрыве чувств. Когда оргазм потряс Клоуи, она начала бить его по плечам:

— Ублюдок!

Джек рассмеялся, а потом громко застонал от наслаждения.

Они чудом ускользнули от охраны. Успев надеть минимум одежды, Джек набросил рысью шубу на нагую Клоуи и потащил ее на лестницу. Клоуи шлепала босиком по лестничным ступеням, а в ушах у нее звенел его наглый смех. Перед тем как покинуть универмаг, Джек бросил на стеклянную витрину ее трусики вместе со своей визитной карточкой.