Вспоминали об учебе, друзьях, войне.

– Подожди-ка, -неожиданно вспомнил Александр.
– «Порт-Артурская побудка», Колчак и Корсак. Совсем из головы вылетело. Это же твоя знаменитая торпедная атака…

– Ну, не только моя, но командовал отрядом и одним из миноносцев точно я, - скромно признался Алексей, после чего друзья выпили снова.

– Про Оленева знаешь, - грустно спросил Корсак.

– Читал, - коротко ответил Белов и подозвал официанта. – Нам графинчик водки.

– Пятьдесят восьмого нумера-с? – уточнил официант.

– Давай, - согласился Белов.

Официант принес прозрачный, переливающийся на солнечном свете запотевший хрустальный графин и такие же стопки. Ловко разлил по стопочкам водку и исчез, как джинн из арабских сказок, исполнивший желания господина.

– Выпьем за него и за всех тех, кто не вернулся, - предложил, поднимая стопку, Александр.

Они молча выпили, закусили как из воздуха возникшей на столе паровой стерлядью. И выпили по второй, теперь уже под тост Алексея.

– Семь футов под килем…

Водка пошла хорошо, мир понемногу наполнялся веселыми красками, а ресторан – посетителями. Появлявшийся словно джинн из кувшина официант только и успевал менять блюда и подливать сначала водку в стопки, а потом и оставшееся шампанское. Разговоры теперь перешли на обсуждение жизненных условий, знакомых барышень, ставших уже замужними дамами, пока они теряли время в море, театральных и музыкальных новинок.

Закончилась дружеская посиделка почти за два час до полуночи. Обнимаясь на прощание, подвыпивший Алексей неожиданно процитировал Шекспира:

– Не знаю, встретимся ли мы опять,

Поэтому простимся навсегда,

Прощай же навсегда, навеки, Кассий!

И, если встретимся, то улыбнемся

А нет, - так мы расстались хорошо.

– Ты с чего это так расстроился, Лешка? – удивился Александр.
– Завтра в Адмиралтействе встретимся.

– Завтра… завтра да, а вот потом, в будущем…, - нахмурился Алексей, махнул рукой и залез в коляску.

– Ты зря так, Лешка. Запомни – мы еще встретимся. Не через десять лет, так через сто! – крикнул вслед отъезжающему лихачу Александр.

Британская империя. Лондон, клуб «White’s». Сентябрь 1912 г.

Британия сильна традициями. Если римляне говорили: «Пусть сгинет мир, но торжествует закон», то британцы могли бы сказать: Пусть cгорит мир, но торжествует традиция». Надо признать, правило неплохое, а в нарушении правил и традиций британцев упрекнуть трудно. Поэтому даже в самые трудные месяцы Великой Войны для избранных джентльменов клуб «Уайтс» был открыт в традиционное для посещений время. Теперь, когда война закончилась, в клубе вообще восстановилась практически довоенная атмосфера. За массивными кирпичными стенами оставались послевоенная разруха, падение производства и сужающиеся рынки, продолжающие расти цены, в первую очередь на продукты, голодающие окраины и забастовки рабочих. По крайней мере громко об этом джентльмены не говорили. А о чем они вели долгие беседы в кабинетах на втором этаже, знали только сами участники переговоров и стены кабинетов. Вот только стены молчаливы по своей природе, а собеседники старались держать свои переговоры в тайне.

Как, например, вот эта пятерка курильщиков, напряженно слушающая шестого…

– … Нет и нет, джентльмены, это поколение для наших целей потеряно. Даже кузены. Никто не хочет воевать и не захочет, пока не пройдет страх, навеянной этой жуткой войной. К тому же сейчас все заняты перевариванием результатов этой… войны, - казалось, что говоривший хотел произнести какое-то иное слово, но в последний момент передумал. – Максимум, что произойдет, по оценкам моих умников – кузены могут поссориться с гуннами из-за южноамериканских рынков. Но только в том случае, если джерри станет тесно на новых рынках в измененных границах метрополии и колоний… Напряженность во взаимоотношениях с Россией при нынешнем кайзере маловероятна. Наследник в этом отношении более перспективен, поскольку очень воинственен и имеет не слишком выдающиеся умственные способности. Но, к нашему глубокому сожалению, пока особой поддержкой в армии и обществе он не пользуется. Так что нам остается только ждать естественной смены власти. У русских же все еще более запутано. Женитьба императора на простой дворянке, оттолкнув часть высшего общества, понравилась большинству низов и даже части их «интеллигенции». С учетом работы их секретных служб, серьезной оппозиции тираническому правлению ожидать не приходится. Не скажу, что все недовольные стали монархистами, но всерьез бороться против власти опасаются многие… даже польские и финские националисты притихли…

– Но, если есть надежда на кронпринца и на недовольных в России… может быть рискнуть и сделать дополнительные вложения? – вступил в разговор второй из сидящих.

– Джентльмены, лишних денег нет и пока не предвидится. Все свободные средства сейчас нужны в Индии, - заметил третий собеседник. – Тем более, как вы все понимаете, после потери Суэцкого канала и южноафриканских колоний у нас проблемы с финансами…

– Неужели в Индии так плохо? – удивился второй. И пояснил удивленно посмотревшим на него собеседникам – Я уже месяц с адмиралами разбираюсь в проблемах флота, даже газеты не всегда было время почитать.

– Не переживайте, - усмехнулся первый. – Газеты и их владельцы проявляют патриотическую сдержанность в описании событий в Индии. Но мне тоже хочется узнать вашу оценку ситуации, сэр.

– Постараюсь быть кратким, джентльмены, - согласился третий. – Напомню, что еще во время раздела Бенгалии в пятом году мы столкнулись с резким ростом антибританской деятельности. Начались убийства «изменников» из числа туземных, а затем и английских чиновников. Произошло покушение на жизнь лейтенант-губернатора Бенгалии сэра Эндрю Фрэйзера. Кульминацией стало покушение на жизнь вице-короля Индии маркиза Керзона. Однако в то время нашим полицейским силам удалось разгромить банды туземцев. Несколько человек попали в тюрьму, часть эмигрировала в САСШ и Германию. Как удалось выяснить, с началом войны эмигранты были переправлены в Индию на нейтральных судах и воссоздали разгромленные ранее организации. Неудачи английского оружия вызвали в туземцах стремление к восстанию. В настоящее время действует не менее восьми тысяч повстанцев в Бенгалии, до шестнадцати тысяч в Пенджабе и не менее пяти тысяч рассеяно небольшими отрядами по всей остальной территории индусских княжеств, включая ранее нейтральные. Для борьбы с ними привлечены силы Индийской армии численностью около шестидесяти тысяч человек и подкрепления из состава армии метрополии численностью более двадцати тысяч. Используется все имеющиеся новейшие средства – бронированные пулеметные автомобили, боевые самолеты и газы…