Я хочу почувствовать себя свободной. Живой. Желанной.

Я больше не могу в четырех стенах. Я же свихнусь.

– Лучше ко мне, – произношу уверенно и указываю Роме другой поворот. – У меня есть вино и устрицы.

– Устрицы? Тогда я согласен.

Он подкалывает меня, а я хлопаю его по плечу, на что он обаятельно усмехается и следом прижимается к своей двери, будто опасается, что я его изобью. Он хочет меня развеселить, и ему удается.

Рома накидывает на мои плечи свой пиджак, когда мы приезжаем, и шагает вперед. Можно подумать, что это он ведет меня к себе. Он вдруг напоминает мне Олега, мой муж тоже всегда шел чуть впереди и имел привычку вести за собой, указывать дорогу и крепко держать за руку. По моему телу расходятся мурашки, когда Рома оборачивается и обхватывает мою ладонь. Точь в точь, как Олег. Мне начинает казаться, что в них один стержень. Один типаж, выверено мужской и сильный.

Есть мужчины, за спиной которых по-настоящему уютно. Хочется прижаться лицом и втянуть аромат грубоватого одеколона, ощутить крепкий запах тела. Я вспоминаю совет Ромы насчет отпустить себя, и делаю. Утыкаюсь лицом в его спину, пока мы ждем лифт, и обнимаю руками его массивный корпус. Рома чуть подается назад и накрывает мои ладони своими.

– Устала? – спрашивает он хрипло.

– Немного. Но это секундное… Мне нравится твой запах.

Рома заводит руку и пускает меня вперед, обхватывая. Потом приезжает лифт и он рывком поднимает меня на руки. Я же понимаю, что запаха мне мало, хочу ощутить его сумасшедший вкус. Запрокидываю голову и он делает всё сам. Находит мои губы и жадно накрывает их, лаская. Так терпко и сладко, что я начинаю постанывать прямо в его рот.

– Рома…

– Всё хорошо. Я здесь, красотка.

Он несет меня к двери квартиры, то и дело сбиваясь на грязные поцелуи и жаркие выдохи, которыми обжигает мое лицо. Я вновь заводит меня и я цепляюсь пальцами за его массивные плечи, выкручивая легкую ткань рубашки до заломов.

– Где ключ?

– Черт, точно… Сейчас.

– У тебя есть две секунды, – Рома упирается лицом мне в висок и делает только хуже.

Пальцы скверно слушаются меня из-за его сводящей с ума близости и я не могу выудить из сумочки связку ключей. Рома, в конце концов, не выдерживает и перехватывает мои попытки.

– Давай я.

– Давай, – киваю.

Но дверь вдруг открывается сама. Черная металлическая плоскость уходит в сторону, и я вижу в проеме Олега. Своего пропавшего без вести мужа.

Шок.

Одно слово, которое идеально описывает мое состояние. Я потерянно смотрю на лицо своего мужа, которое огрубело и похудело, и вдруг понимаю, что не падаю вниз на ватных ногах лишь благодаря Роману. Я потеряла свое тело от неожиданной встречи и обмякла в его сильных руках.

– Ол… Олег, – выдыхаю родное имя и на глаза наворачиваются предательские слезы. – Ты жив?

– А ты разве меня хоронила?

Вздрагиваю от его ледяного злого голоса. Муж надвигается и протягивает ко мне ладони. Я экстренно начинаю соображать и запоздало осознаю, как всё выглядит со стороны. Я крепко прижата к другому мужчине, на моих плечах его пиджак, а волосы сбиты так, словно мы занимались сексом прямо в лифте. А на воротнике рубашки Ромы моя губная. Я вдруг замечаю свой след и виновато закусываю губу.

Рома ставит меня на ноги, выпуская из рук, но не торопится отходить в сторону. Он смотрит на Олега и я ощущаю, как над моей макушкой встречаются потоки тяжелого мужского дыхания. Там же льется тестостерон.

– Олежа…

Я не успеваю договорить и шумно выдыхаю. Он грубо выдергивает меня из ладоней Романа и тянет к себе. Мне больно, но я молчу, чтобы не устраивать сцен. Тем более на лестничной площадке в вечерний тихий час. И я до сих пор потеряна, смотрю на мужа и не могу поверить, что вижу его. Я почти смирилась, что этого уже не произойдет в моей жизни, что он, скорее всего, погиб.

Он играл в большой бизнес, а там люди иногда пропадают и рассчитываются с партнерами собственной кровью. Мне нужна была хоть какая-то правда и я постепенно приучила себя к мысли о пуле конкурента. Конечно, я сомневалась и долгое время не могла спать по ночам, но я день за днем приходила к мысли, что мужа убили.

Потому что вторая версия была намного хуже.

– Ты бы полегче, приятель, – Рома не может смолчать и замечает, как груб Олег. – С девушкой все-таки…

– Свободен.

Олег рычит, выпуская лютую злость наружу, и я тут же просыпаюсь. Смотрю на него, узнаю это его состояние, когда достаточно малейшего толчка и всё полетит к черту. Он любит схватки и умеет драться, во всех смыслах. Кулаками или в бизнесе.

– Спасибо, что проводил, – я поворачиваю голову и с мольбой смотрю на Рому. – Мне нужно поговорить с мужем.

– Позвони мне.

– Ты охуел? – Олег вскидывает руки, но я ловлю их, а потом переношу ладони на его лицо.

Мягко провожу и это неожиданно действует, как отголосок из наших старых времен, когда мне стоило прикоснуться до него и всё остальное теряло смысл. Он проваливался в мою ласку и заставлял себя успокоиться.

– Вот так, – я ласково улыбаюсь ему и обнимаю руками за шею. – Не надо, остановись… Он уйдет.