Господи, какой же кошмар и мерзость, эти жалкие нотки в его оправданиях! Неужто это реально? Майк Кроули, замечательный парень, шериф, законопослушный гражданин скулит в попытке найти слова, что, по его мнению, должны как-то уменьшить его вину перед той, кого уже вознамерился убить.

— И что меня ждет? Тюрьма до конца моих дней?

— В тюрьме тоже живут, Майки! Живут, понимаешь? Дышат, ходят, едят.

— Это не жизнь! — огрызнулся он и, схватив с пола ножницы из числа орудий пыток, быстро пошел в угол, где принялся отрезать от рулона пленки кусок.

— Вот как? Тебе не подходит такая жизнь, и поэтому ты выбираешь меня лишить жизни? Это убийство, Кроули! Оправданий убийству нет и не будет! — закричала я ему в спину. Нет, абсолютно ясно, что пощады не будет, но рыдать, скулить, умолять я не собираюсь. Как и молчать. Он убийца и пусть живет дальше, слыша мой голос, говорящий от этом в своей проклятой голове.

— Перла… любой человек выбрал бы это! Я и так натерпелся, и теперь еще и позволить всему обратиться в прах? Ради чего тогда все это было? — направился он ко мне с куском целлофана. Подонок собирается меня задушить как котенка? — Клянусь, ты не будешь страдать, я не такой рехнутый ублюдок, как этот…

— Такой, Майки. Такой! И мое убийство ничего не изменит. Ты так и будешь жить в страхе и вечном унижении. Потому что сам это выбрал!

— Хватит, Сантос! — рявкнул он.

Я ударила, метясь свободной рукой ему в лицо, но он перехватил мою кисть, засунул под свое колено, которым уперся в ложе под нами. И без того травмированная рука вспыхнула дикой болью, и я заорала, с обреченностью глядя, как Кроули наклоняется, намереваясь накрыть мне лицо пленкой. И тут я краем глаза заметила движение за его спиной.

За долю мгновения промчалось в голове, что это может быть недобитый маньяк, и я почти закричала, предупреждая своего убийцу. Потому что я видела трупы девушек и читала отчеты коронеров. Я знаю, через что мразь проводил их перед смертью. И пусть это малодушно, но я лучше выберу погибнуть без мук от рук Майки.

Однако крик так и не вырвался из моего горла.

Я узнала того, кто бесшумно проскользнул в комнату.

Узнала своего мужчину.

Зря я переживал, что самым сложным в той ситуации будет разговор с Габриэллой Сантос. Она прервала меня буквально в самом начале фразы:

— Миссис Сантос, дело в том, что…

— Сэр, как бы вас ни звали, просто обозначьте цель и поставьте задачу. Все объяснения подождут. Я знаю своего сына и умею читать по его лицу, на котором буквально написано, что промедление смерти подобно. Не забывайте, — горько улыбнулась она, — я вдова офицера полиции и мать солдата.

— Мэм, вам надлежит выяснить, кому Перла отправила образец на анализ ДНК, и любым способом забрать его результат. Настоящий, а не тот, который приказали официально огласить.

— Разрешите выполнять? — только коротко уточнила она.

— Выполняйте.

— Есть, сэр, — четко, по-военному, она развернулась и скрылась в недрах офиса шерифа, откуда уже через секунду раздался ее повелительный окрик.

Я буквально взлетел на пассажирское сидение минивэна сержанта, и в то же мгновение он резко стартанул, оглушительно взвизгнув покрышками.

Пока мы мчались к его дому, я успел набрать короткое сообщение на прямой номер Лоуренса и тут же позвонил ему.

— Птенчик мой кареглазенький, — принялся ворковать он. — Как я…

— Ронни, я только что скинул тебе сообщение с частичным номером машины, о владельце которой нужно узнать все и максимально быстро. И еще номер телефона, передвижение которого также необходимо отследить.

— Насколько срочно? — совершенно другим тоном поинтересовался многоликий шоумен.

— Мою девушку двадцать минут назад похитил серийный убийца, и мы не просто подозреваем, а практически уверены, что ему помогает шериф соседнего округа, а прикрывает их всех прокурор того округа. Мне больше не у кого попросить помощи в этом деле, — на последних словах мой голос немного дрогнул. Самую малость. Но для нашего Ронни и этого было достаточно.

— Перезвоню через десять минут, — лишь ответил босс и тут же отключился.

— Я поеду с тобой, — сцепив зубы, произнес Коннор. А я вздохнул. Сейчас нам обоим будет больно.

— Сержант, отставить. Не самое лучшее время кому-то что-то доказывать. Ты нужнее на другом фланге.

— Ты сам сказал только что, что тебе не у кого попросить помощи, — упрямо набычился он.

— Мои действия предполагают скорость, маневренность и незаметность. В данный момент твоя задача — анализ, усидчивость, прости за черный юмор, и координация хода всей операции. Я оставлю тебе номер телефона Лоуренса, если в течение ближайших пары часов после отъезда я тебе не перезвоню, значит, надо будет связаться с ним и действовать далее вдвоем по ситуации. Ты же понимаешь, что при любом исходе необходимо обнародовать то, что мы нарыли. И самое главное — доказать это. И в этом тебе поможет наш Ронни. К тому же, Бирн, не забывай о тех, кому не у кого просить помощи, кроме тебя. Ты знаешь, о ком я. Дженни и ее ребенок. Сын. Что-то мне подсказывает, что он твой сын. И твоя женщина. И они беспомощны перед тем уродом, которого ты вчера умудрился раздраконить.