Лизи подошла к Троту.

– Как называется этот андроид?
– спросил профессор.

– Молчать!
– истерически крикнул Хоган.

Лежащий у стены андроид монотонно бубнил:

– И-ден-ти-фи-ка-ция субъ-ек-та в до-ба-воч-ной памя-ти. Про-странст-вен-ная ло-ка-ли-за-ция по ре-ше-нию ко-ор-ди-на-то-ра. Мой па-роль...

Тогда Хоган выстрелил в черное отверстие обнаженного андроида. Трот заметил, как оттуда посыпались маленькие блестящие кристаллики. Андроид стал бубнить.

– Ты повредил автомат!
– воскликнула Лизи.

– Он хотел сообщить свой пароль, а это было тебе для чего-то необходимо, не так ли? Не двигаться!

– Примитив!
– сказала Лизи.

Хоган, внимательно глядя на нее, начал пятиться к двери. Вдруг Трот заметил, что ногу Хогана, которую он отставил назад, пружинисто отбросило. Хоган закачался.

– Что это?!
– закричал он, и Трот понял, что Хоган боится все больше.

– Сдвижение времени. Ну, и как тебе это нравится, полковник.

– Прекрати... сдвижение!

– И не подумаю.

– Не шути, а то...

– Застрелишь?

Хоган на мгновение задумался.

– Нет. Убью профессора.

"Он-таки убьет меня", - подумал Трот.

– Считаю до пяти. Раз... два...

– Подожди, я должна посмотреть, что с автоматом, - Лизи сделала шаг вперед.

– Стой! Сам посмотрю. Скажи, что надо сделать.

Лизи хотела ответить, но тут Трот чуть ли не физически ощутил высокий звук, напоминающий звук лопающегося стакана. Хоган крикнул и начал исчезать в белом охватывающем его коконе. Некоторое время были видны только его ноги, потом исчезли и они. Кокон вздрогнул несколько раз и замер.

– Ну, теперь-то ты видишь, Лизиоча, на что способны эти типы, - сказавший это человек стоял посреди кабинета. Высокий, в черном облегающем комбинезоне, вокруг его головы подобно ореолу светился прозрачный еле заметный шлем.

Лизи немного помолчала, потом спросила:

– Что ты с нами сделаешь?

– Сначала скажи, почему ты не носишь шлем? Ты же знаешь, что это недозволено. Хочешь умереть от одной из болезней этих веков?

– Не бойся, не умру. Ты хочешь забрать нас в XXV век?

– Да. Тебе это не сулит ничего приятного.

– Догадываюсь, но это не важно. Все равно, я права.

– Продолжаешь упорствовать, даже после опыта с Хоганом?

– Это единица. К тому же, ускорив ход цивилизации, можно уменьшить число подобных типов.

– Сомневаюсь. Передача им технологии получения антиматерии привела бы к значительным усложнениям. Ты историк-утопист, Лизиоча.

– Я хотела провести эксперимент в резервации, однако вы мне не позволили.

– Но это еще не повод, чтобы переноситься в прошлое и подсказывать физикам двадцатого века формулы, ведущие к синтезу антиматерии. Это трудно назвать глупостью, Это преступление, Лизиоча! К счастью, тебе это не удалось.

– Неправда. Формулы уже в их времени!

– Нет, Лизиоча! Они у меня, - человек с ореолом вынул из складок комбинезона несколько листков бумаги и показал Лизи. Трот знал, что это именно те листки.

– Откуда они у тебя? Откуда ты знал, где их искать?

– Просто некоторые люди двадцатого столетия разделяют наши взгляды на антиматерию.

– Трот! Не может быть, - Лизи взглянула на профессора.

– Да. Трот. Может, без тебя он не стал бы гением, но это настоящий ученый, отвечающий за свои открытия.

– Как ты мог?
– теперь Лизи обращалась к профессору.

– Он меня убедил. Верь мне, Лизи, это небезопасно. Он сообщил мне простой способ создания снарядов из антиматерии. Ты говорила, что это невозможно.

– Их никто никогда не конструировал.

Трот хотел ответить, но человек с ореолом прервал его:

– К счастью, мы знаем, к чему это может привести.

– Неправда. Я не верю. Ты недооцениваешь людей.

– Ты не права, Лизиоча. Мы отдаем должное их трудолюбию и возможностям. Знаем, что через сто лет они сами получат антиматерию. Да... а что касается Хогана, то я переменил решение. Он будет помещен в резервацию доисторических людей, где легко свыкнется с условиями каменного века.