Вася не успел ничего ответить, потому что за спиной послышался сочащийся ядом голос:

— А это, господин Сергеев, было ещё одно подтверждение тезиса о том, что при наличии силы ум не обязателен.

Яшенька Бронштейн, ну как же без него! Обладая довольно посредственным даром, Яша полагает себя утончённым интеллектуалом, для чего носит пенсне в подражание деду, но с простыми стёклами. Но уверяет, что силой ума способен достичь больших высот без поддержки семьи, и даже требует называть его не Бронштейном, а Троцким, намекая на происхождение от старой польской аристократии. К Красному Яша почему-то испытывает ненависть, скорее всего инстинктивную.

И тут комсомольская душа капитана Родионова не выдержала. В мужской раздевалке, где переодевались из гимнастической формы в повседневную гимназическую, девочек нет, так что можно не стесняться. Пробив Яше в печень, Вася взял скорчившегося от боли Бронштейна-Троцкого за буйную шевелюру и пару раз сильно впечатал его лицом в стену:

— Ты куда лезешь, проститутка политическая? Ледоруба захотелось попробовать, Иудушка?

Яша мычал что-то нечленораздельное и не пытался сопротивляться. И на следующем уроке он отсутствовал.

Следующим уроком оказалось военное дело, обязательное к изучению во всех гимназиях, училищах и школах Российской Империи. В армию пойдут единицы, но хоть какое-то представление о ней должен иметь каждый! Особенно одарённый.

Преподаватель в мундире с погонами подполковника. На столе сабля с «клюквой», на груди белый эмалевый крестик. Слегка прихрамывает на левую ногу, что говорит о более чем серьёзном ранении. Целители творят настоящие чудеса, и уж если они не смогли полностью излечить…

— Итак, господа, — преподаватель взял в руки указку и постучал по развешанным на доске плакатам, — сегодня мы поговорим о новейших разработках вооружения, которое в самом ближайшем будущем начнёт поступать в нашу армию.

— Секретность? Нет, не слышали, — пробурчал себе под нос Василий, но был услышан.

— Вы что-то хотите сказать, Красный?

Вася поднялся с места и бодро отрапортовал:

— Так точно, господин подполковник! Хочу выразить недоумение по поводу несоблюдения режима секретности!

Преподаватель улыбнулся:

— Понятно. Садитесь, Красный. Ваше замечание интересно, но на него давно существует ответ — народ Российской Империи должен знать, что для его защиты применяется всё лучшее и передовое.

— А потенциальные противники? — не унимался Вася.

— Как вы сказали? Потенциальные противники? Ёмкое и меткое определение, не несущее в себе ярко выраженной негативной нагрузки. Так вот, Красный, этот противник должен знать, что в случае агрессии его ждёт сокрушительный отпор, опирающийся на последние достижения маго-технической мысли. Вот что вы видите на этом плакате?

Василий присмотрелся и обомлел. На плотном картоне в красках был изображён презерватив, поставленный на два велосипедных колеса, и снабжённый бойницей в передней части. Вслух это произнести он не решился.

Но подполковник и не ждал ответа:

— Перед вами передвижная боевая капсула разработки конструкторского бюро генерал-лейтенанта барона Тухачевского, предназначенная для прорыва обороны противника в условиях плотного ружейного и пулемётного огня. Противопульное бронирование гарантирует защиту располагающегося в капсуле солдата, а снабжённая бронезаслонкой амбразура позволяет вести ответный огонь.

Василий прикинул размеры колёсного броне-презерватива, и задал очередной вопрос:

— Господин подполковник, но солдат будет внутри только по пояс, а как же всё остальное?

— А остальным, Красный, он толкает капсулу вперёд.

Приплыли… После столь исчерпывающего ответа вопросов больше не осталось. Осталось недоумение. Неужели никто не видит, что в качестве новинки предлагается откровенно вредительское устройство? Какой прорыв обороны, если солдат в этом… хм… в этой половинке гроба на колёсиках сможет доползти лишь до ближайшего окопа? А если минные поля или просто проволочное заграждение?

Но тут на доске появился новый плакат, до того скрывавшийся под изображением бронекапсулы.

— Обратите внимание на это, господа гимназисты, — подполковник обвёл класс взглядом и привычно поправился. — Да, и гимназистки. Кто мне скажет, что это такое?

Артём незаметно ткнул Ваську локтем, чтобы тот не вылез со своим особым мнением, и поднял руку:

— Разрешите, господин полковник? ***

*** По неписанным правилам приличия к штабс-капитанам и подполковникам принято обращаться без приставки. Назвав преподавателя точным званием, Василий обидел его. Ничего страшного, но осадочек остался.***