Мужчины разочарованно вздохнули, выматерились и начали прятать свои члены обратно в штаны.

Меня отпустили, сильно толкнув, отчего я распласталась по грязному полу, на котором клочьями валялась обивка от мебели и щепа от дерева, куски обоев, битое стекло и грязные следы от ботинок этих конченых ублюдков.

Меня несколько раз шлёпнули по заднице, и пообещали новую встречу сделать жаркой.

– Накройте её чем-нибудь, – сжалился главарь. – И пацана её приведите.

Мне под нос бросили покрывало, в которое я завернулась, дрожа всем телом.

Главарь сел передо мной на корточки и процедил:

– Скажешь кому-нибудь про нас… – он провёл пальцем по своему горлу и злобно улыбнулся. – Встретимся через месяц. Место встречи тебе сообщат мои люди.

Они ушли.

Все до одного.

А через несколько минут в дом вбежал мой брат, Илюша.

– Катя… – произнёс ничего не понимающий ребёнок, осматривая дом, который эти нелюди превратили в разруху. – Почему всё сломано?

Зажала себе рот рукой, стараясь сдержать рвущийся наружу крик. Меня колотило не просто как в ознобе, меня трясло, как никогда в жизни.

«Успокойся… Всё хорошо… Возьми себя в руки, Катя. Илья не должен видеть тебя такой», – строго сказал мой внутренний голос.

Я попробовала сделать нормальный вдох и почувствовала, как болит грудь – и снаружи и внутри. Голова кружилась и сильно тошнило. Дышать становилось с каждым моментом легче.

– Почему ты плачешь? – спросил малыш, когда подошёл ко мне. – Не сиди на полу…

Слёзы застилали глаза.

Мне хотелось кричать навзрыд! Я только что избежала изнасилования, но лишь Бог ведает, что я пережила за эти минуты!

Обняла своего брата и зарылась носом в его мягкие волосы.

До боли закусила губу, чтобы не разрыдаться, а потом просипела:

– Илья… К нам приходили нехорошие люди… Нам срочно нужно уезжать отсюда…

Катерина

Если бы это зависело от меня, то думаю, я бы так и сидела на полу дома, в который меня привёл Никита. Дома, который я считала своей крепостью. Я бы так и сидела здесь, впала бы в депрессию и даже представить боюсь, что сделала бы с собой.

Однако инстинкт самосохранения и страх за младшего брата, оказались слишком сильными чувствами.

Собравшись с силами и взяв всю свою волю в кулак, я задвинула свои страхи и переживания глубоко и далеко в себя. Попереживаю и подумаю позже. Сейчас для меня главное – покинуть это грёбаное место, которое осквернили эти монстры.

– Илья, собери свои самые любимые игрушки, – попросила я малыша. – Я дам тебе для них самый большой чемодан. Хорошо?

– А куда мы поедем? – спросил Илюша.

– Мы поедем домой, родной, – ответила грустно. – В нашу квартиру.

Илья грустно кивнул.

– Хорошо. Это потому что здесь теперь так грязно, да?

– Да, мой хороший. Именно поэтому.

А что я ещё могла сказать?

Когда мы поднялись наверх и вошли в мою спальню, я остолбенела.

Практически вся одежда, вплоть до нижнего белья, была искромсана в клочья!

Сделала глубокий вдох, чтобы не разреветься снова и медленно выдохнула.

– Катя, а кто порвал твою одежду и разбил всю мебель? – задал вполне логичный вопрос Илья.

Зло хмыкнула и тихо произнесла:

– Это сделали те, кого и людьми нельзя называть.

Опустошённая опустилась на раскуроченную кровать среди обломков мебели, лохмотьев обивки и одежды. Надеялась, что весь этот кошмар сейчас исчезнет. Раз. И всё бы стало, как было. Но увы, чуда не произошло.

Отчаянным усилием воли отогнала дурные мысли, расправила плечи и улыбнулась ничего не понимающему ребёнку.

Илья смотрел на разруху очень грустным, но при этом очень мудрым взглядом и вдруг, малыш спросил:

– Моя комната тоже такая, да, Катя?

– Надеюсь, что нет… – проговорила осторожно.

Среди всего это хаоса мне всё же удалось найти несколько целых вещей.

Увы, но чемоданы и дизайнерские сумки, все до одной были уничтожены этими уродами-вандалами-насильниками.

Когда я с Ильёй вошла в детскую, то уже не смогла сдержать молчаливых слёз.

«Твари!» – подумала про себя со всей яростью, что они пробудили во мне.

Комната моего Ильи была так же как и моя спальня, как и другие помещения, разрушена.