– Видишь Реджи и Дану в городе?

– Да. Иногда вижу. – Они разъезжают на фургоне коммунальных служб. Один раз этот фургон стоял перед «Башней Джерарда», на том самом месте, где в обед гнездятся все фургончики с едой. Парни возились с крышкой канализационного люка. В другой раз Билли приметил их на Холланд-стрит: они стояли на коленях и светили фонариком в водоприемную решетку. Выглядели они как полагается: серые комбинезоны, бейсболки с символикой муниципальных служб, рабочие сапоги.

– Скоро будешь видеть их чаще. Нормально они смотрелись?

Билли пожимает плечами.

Ник раздраженно спрашивает:

– Как это понимать?

– Вроде нормально.

– Лишнего внимания не привлекали?

– Кажется, нет.

– Хорошо. Хорошо. Фургон стоит здесь, в гараже. Пока они не каждый день на нем выезжают, но скоро будут каждый. Надо, чтобы они тут примелькались.

– Слились с пейзажем, – говорит Билли и расплывается в максимально тупой улыбке.

Ник наводит на него палец-пистолет. Билли знает, что это его фишка – наверное, подглядел у какого-нибудь другого вегасского бандюгана, – но ему не нравится, когда на него наставляют пушку, пусть даже ненастоящую.

– В точку! Хофф уже привез ствол?

– Нет.

– Ты его видел?

– Нет, и не стремлюсь.

– Хорошо. – Ник вздыхает и проводит рукой по волосам. – Тебе, наверное, надо сперва посмотреть инструмент, верно? Пристрелять его где-нибудь в поле?

– Можно, – говорит Билли. Но рисковать он не будет, даже где-нибудь у черта на куличках, где каждый дорожный знак давно изрешечен пулями. Произвести холодную пристрелку можно с помощью мобильного приложения и лазерного патрона, который продается на «Амазоне».

Ник подается вперед, сцепив руки на своем внушительном брюхе. Лицо у него по-дружески озабоченное. Билли кажется, что так он особенно похож на предателя.

– Как идут дела в этом… как его… Мидвуде?

– Мидвуд, ага. Хорошо идут.

– Знаю, это жопа мира, но что поделать. Игра стоит свеч.

– Да. – Вообще-то Мидвуд ему очень даже по душе.

– Сидишь тихо, не высовываешься?

Билли мотает головой. Нику вовсе не обязательно знать про вечера с «Монополией» и бургеры на заднем дворе. И про посиделки в баре с Фил Стэнхоуп. Посвящать Ника в свои дела он не будет – ни сейчас, ни потом.

– Ты обдумал план побега, который я тебе расписал? Видишь ли, парни готовятся. Реджи звезд с неба не хватает, а вот Дана у нас мозг. И оба умеют водить машину.

– Я просто должен забежать за угол, так? И прыгнуть в фургон.

– Да. И переодеться в серый комбинезон коммунальщика. Вы подъезжаете к копам и спрашиваете, нельзя ли им помочь – распределять потоки людей или еще чем. – Можно подумать, Билли про это забыл. – Если они согласятся – вряд ли, конечно, но мало ли, – сразу беритесь за работу. В любом случае к вечеру ты будешь за пределами штата, по дороге в Висконсин. А то и раньше. Что думаешь?

Билли видит картинку: он не едет в Висконсин, а лежит с простреленной башкой в канаве, среди пустых банок из-под пива и коробок от «Биг Маков». Картинка очень ясная и четкая.

Он улыбается – ухмыляется – Нику и говорит:

– План хороший. Я б и сам лучше не придумал.

Это вранье, конечно. То, что он придумал, со всех сторон выглядит идеально – не подкопаешься. Риски есть, но минимальные. И Нику знать про этот план не нужно. Да, наверное, он разозлится, но вряд ли сильно – дело-то сделано.

Ник встает.

– Вот и славно. Рад тебе помочь, Билли. Ты хороший человек.

Нет, плохой, и ты тоже.

– Спасибо, Ник.

– Последнее дело, а? Решил завязать?

– Да.

– Ну, иди сюда, бамбино, давай обнимемся.

Билли обнимается.

Не то чтобы он совсем не доверяет Нику, думает он в машине по дороге к желтому домику. Просто себе он доверяет больше. Так всегда было и всегда будет.

Пару дней спустя в дверь его маленького офиса кто-то стучит. Билли в это время пишет, с головой нырнув в прошлое. Отчасти это прошлое принадлежит Бенджи Компсону, но в основном – ему самому. Он сохраняет документ, закрывает его и подходит к двери. Это Кен Хофф. С тех пор как они виделись в июне, он сбросил фунтов десять, не меньше. Облезлая бороденка стала еще облезлее. Может, он до сих пор думает, что она придает ему сходство с крутым героем боевика, но Билли кажется, что он похож на жертву пятидневного запоя. Запах изо рта только усиливает впечатление. Никакие мятные конфеты не перебьют рюмашку-другую, опрокинутую Хоффом перед визитом в «Башню Джерарда» – в десять сорок утра. Галстук у него нарядный, а вот рубашка несвежая и с одной стороны выбилась из брюк. Ходячая катастрофа, думает Билли.

– Здорово, Билли!

– Дэйв, помнишь?

– Да, точно, Дэйв. – Хофф оглядывается по сторонам – не услышал ли кто его оговорку. – Можно войти?

– Конечно, мистер Хофф, – говорит он, отходя в сторону. Называть по имени человека, у которого снимаешь помещение, – не в его привычках.

Хофф еще раз оглядывается и входит. Они стоят в небольшой комнатке, которая в настоящем офисе была бы приемной. Билли закрывает дверь.

– Чем могу помочь?

– Нет-нет, ничего не нужно, все в порядке. – Хофф облизывается, и до Билли доходит, что он его боится. – Просто зашел узнать, все ли у вас, ну… в порядке. Не надо ли чего.