– Я сюда переехал из Кумылженского района, уже пятнадцать лет отработал. Приехал, рот разевал от удивления. Суббота и воскресенье - как в городе, отдыхай. Спортивные соревнования на стадионе. В клубе - концерт. Весь народ вместе. А хочешь - поезжай в город: в театр, в цирк. Автобусы и билеты бесплатно. На машину денег скопил - пожалуйста, в том же месяце на машине. А теперь какие копейки и заработал, не дают. Завтра? Тошно и думать.

Женщины-овощеводы, проработавшие в совхозе не один десяток лет, тоже сбивались на прошлое: работали от души. И зарплату давали в срок. Тринадцатую зарплату - тоже в срок. Премию по результатам года - вовремя. А теперь хоть криком кричи - кто услышит?

– Я недавно спросила: когда зарплаты дождемся? Отвечают: ты живая, мы лишь на похороны даем.

Вчерашний день. Прославленный, орденоносный "Волго-Дон": детские сады, школа, Дворец культуры, больница чуть ли не лучше обкомовской - с зимним садом, двухместными палатами, профилакторий с "соляными шахтами", плавательным бассейном. И ведь все не с неба падало, все по труду. Пять с лишним тысяч килограммов молока - средний надой на корову. Килограммовые привесы на откорме. 500 да 600 центнеров - овощные урожаи. Все это было, было.

Но жить памятью о вчерашнем может лишь человек доживающий, у которого все в прошлом, а будущее - лишь мир иной.

В "Волго-Доне", в его селеньях, живут 2100 работников хозяйства да еще дети, их немало. Около шести тысяч народу в поселках. Пенсионеров - 700. Остальным жить бы да жить, жить да работать. Значит, нужно думать о дне завтрашнем.

Алексей Петрович Киршин, тридцатидвухлетний бригадир овощеводов, четко знает, что его бригада выращивает на 100 гектарах капусту, на 60 гектарах томаты, огурцы, морковь, перец. Но вот что будет завтра с "Волго-Доном", ему неясно. Твердо знает, что надо работать. Но...

Звеньевые Екатерина Михайловна Мазайкина и Люция Павловна Кузнецова, овощевод Александра Михайловна Иванченко, проработавшие в "Волго-Доне" по пятнадцать и по двадцать лет, тоже уверены, что их основное дело - посеять, прополоть, вырастить овощи и собрать урожай.

– Но ведь и в прошлом году, - спрашиваю я, - вы посеяли, пропололи, вырастили и заработали неплохо, в среднем по пятьсот тысяч рублей в месяц. И в нынешнем - заработки неплохие. Чем недовольны?

– Где они, эти деньги? Когда получим? Они лишь на бумаге. Задержка заработной платы подпирает к году.

– Но ведь вы акционеры, хозяева, вот и думайте, как дело вести.

Тут начинаются вздохи: "Ничего не знаем".

– Надо бы и своего реализатора, чтобы он продавал, - предложил кто-то из женщин.

Ее остудили:

– Начальство не разрешит.

– Придумали какие-то трудодни... Не поймешь. За четыре дня я заработала два с половиной. А что это такое, никто не знает.

В тот же день на животноводческой ферме мне жаловалась телятница:

– Взяла молока, колбасы под запись. Осталась еще должна. Восемьдесят четыре тысячи в месяц, а остальное - потом. Кто придумал?

И здесь та же песня: "Наше дело - работать. Остальное - начальства".

Песня привычная: колхозник ли ты, рабочий совхоза или, как теперь говорят, акционер, то есть собственник земельного и имущественного пая, - все одно: "Наше дело - работать, а начальство нехай думает". И еще: "Конторские все равно обманут".

Песня вечная. Сто лет назад писано: "...трудность состояла в непобедимом недоверии крестьян к тому, чтобы цель помещика могла состоять в чем-нибудь другом, кроме желания обобрать их..." И еще: "...разговаривая с мужиками и разъясняя им все выгоды предприятия, Левин чувствовал, что мужики слушают при этом только пенье его голоса и знают твердо, что, что бы он ни говорил, они не дадутся ему в обман". Это писал Лев Толстой - не только писатель, но волею судьбы земледелец, помещик, а волею совести и разума - радетель о своих мужиках.

Сто лет прошло. И будто ничего не изменилось. Только барин другой "контора". "Конторские все равно нас обманут" - вот самый уверенный прогноз на день завтрашний.

..."Волго-Дон" и теперь остается мощнейшим производителем овощей, молока, мяса, зерна. 20 тонн молока ежедневно получали здесь в 1996 году и поставляли в город, к нашему столу. За год - более 7 тысяч тонн; мяса - тысячу тонн за год; овощей - 25 тысяч тонн. Повторяю еще раз: такое количество сельскохозяйственной продукции не всякий район способен произвести. В "Волго-Доне" по-прежнему работают 2100 человек, и никто не потерял работу. В поселках "Волго-Дона", где живут 6 тысяч человек, в домах действуют отопление, водопровод, канализация. Работают три детских сада, три дома культуры, профилакторий, комбинат бытовых услуг с парикмахерской, швейной и телемастерской. В школе - столовая, где дети питаются по льготным ценам, а многие - бесплатно. На всю социальную сферу затраты составили 9 миллиардов, то есть более трети всех годовых доходов. Районный бюджет помощь оказал, но очень малую. Взять на себя, как это нынче положено, всю социальную сферу "Волго-Дона" районные власти не могут. А значит, по-прежнему огромная доля доходов от производства идет на "социалку". Это груз тяжкий. Потому что эти миллиарды повышают себестоимость продукции, ее конкурентоспособность.

Сейчас у нас, жителей городских, великая тревога: правительство постепенно ликвидирует субсидии на содержание жилья. А вот "Волго-Дон" давно и сполна за себя платит. Это доля крестьянская. Но она тяжелее год от года. Она лежит не только на "конторе", но и на каждой семье.

Задержки (до двух лет) с расчетом за произведенные овощи, несообразные закупочные цены на мясо не дают возможности вовремя выдавать работникам заработную плату, иметь оборотные средства для поддержки на нужном уровне производства. А это не проходит даром. Сегодня среднесуточный надой - 6 килограммов. А ведь был и вдвое больший, и даже 17 килограммов. Это помнят. Потому что раньше заготавливали одного лишь силоса 60 - 70 тысяч тонн. Не только себе хватало, но и соседние хозяйства из года в год снабжали, заготавливали достаточное количество отличного сена, гранул, фуража. Не тот стал полив, не хватает средств на удобрения, семена, соблюдение технологии. Одно другое цепляет, а результат - потеря продукции. Надои и привесы в "Волго-Доне" еще пять лет назад были почти в два раза выше. И урожаи овощей доходили до 700 центнеров с гектара. Нынче - чуть не вдвое ниже.