— …Говорит женщина, которая могла бы плюнуть ему в глаз, и он всё равно любил бы её, учитывая, что из всех людей она вышла замуж за Локи, — проворчала Сильвия.

Рассмеявшись, Лия пихнула Сильвию рукой.

— Хочешь сказать, что Один Всеотец был настолько счастлив свалить на меня моего мужа, что из кожи лез вон, чтобы быть милым со мной?

— Именно это я и говорю, — парировала Сильвия.

Вздохнув, она посмотрела на Марион.

— Попробуй стать женой старшего сына царя, — проворчала она. — Это как будто самое стрессовое собеседование на работу во всём мире. Особенно, когда мужчина, который проводит это собеседование, может разозлиться и испарить тебя или что-то в этом роде…

— ПРЕКРАТИТЕ ПУГАТЬ МОЮ БУДУЩУЮ ЖЕНУ! — прогремел голос над водой.

Лия, Сильвия, Морти и Майя подпрыгнули.

Они все замолчали и посмотрели на Тюра в бассейне, который сверлил их гневным взглядом.

Потом они все разразились заливистым смехом.

Марион посмотрела на Тюра, улыбнулась ему и закатила глаза, но Тюр не ответил ей тем же весельем. Даже через весь бассейн она могла видеть, какими чёрными были его глаза, каким напряжённым было выражение его лица.

Он определённо не шутил.

Очевидно, он уже сожалел о том, что попросил Сильвию и Лию «познакомить» Марион с тем, каково быть женой бога.

Вздохнув, Марион склонилась над бассейном. Посмотрев Тюру прямо в глаза, она согнула палец, поманив Бога Войны к себе.

Два брата Тюра усмехнулись, обменявшись взглядами.

Сам Тюр даже не посмотрел на них.

Оттолкнувшись от глиняной плитки, он поплыл в её сторону, а Лия, Сильвия, Морти и Майя забормотали отговорки о том, как сильно им нужно войти внутрь дома, всё ещё тихонько посмеиваясь меж собой и толкая друг друга, пока они уходили. Марион краешком глаза наблюдала, как Локи и Тор вылезают из бассейна и идут за ними, заливая водой каменный пол, пока они не остановились, чтобы взять полотенца с шезлонгов.

Тюр подплыл прямо к ней, и его тёмные глаза были настороженными.

К тому времени, как он добрался до неё, они остались вдвоём.

Доплыв до края бассейна прямо перед ней, он оставался совершенно неподвижным, а она обвила его ногами, пока он находился в воде.

Наклонившись к его лицу, Марион запустила пальцы в его чёрные волосы.

— На самом деле ты общаешься со мной не так плохо, как думаешь, — мягко сказала она, наклоняясь, чтобы поцеловать его в губы.

Тюр закрыл глаза. Он обвил руками её бёдра и приподнял ягодицы, чтобы подтянуть её вперёд. Когда она поцеловала его в щёку, затем снова в губы, он поднял её и утащил за собой в воду.

Она прислонилась спиной к бортику бассейна, улыбаясь ему.

Когда его лицо осталось таким же серьезным, она обвила ногами его талию, улыбаясь ещё шире.

— А они? — добавила Марион, указывая большим пальцем на дом в гавайском стиле. — Вот они действительно совершенно, абсолютно не умеют разговаривать с людьми. Типа… совсем не умеют. Делают это ужасно плохо. Отвратительно.

С крыльца сразу за сетчатой дверью раздался смех, и Марион ухмыльнулась, не сводя глаз с Тюра.

— Ты и правда так беспокоишься обо мне? — спросила она потом, и её улыбка померкла. — Ты действительно думаешь, будто я не поняла, что ты не Мистер Заурядность?

Тюр пожал плечами, и его лицо превратилось в маску, пока он вглядывался в её глаза.

Она вспомнила этот взгляд и это непроницаемое выражение.

Однако в отличие от того раза, когда она впервые встретила его, теперь она могла прочитать, что скрывалось за этой маской.

— Я беспокоюсь о… сожалениях, — нерешительно произнес Тюр. — Я не хочу ничего отбирать у тебя Марион. И я не хочу использовать тебя, — прочистив горло, он добавил: — Я знаю, что ты оплакивала мать и сестру, когда я встретил тебя. Потеря семьи — это очень тяжело. Я не хотел, чтобы ты приняла опрометчивое решение…

— Ладно, — Марион покачала головой, поднимая руку, чтобы прервать его. — Хорошо. Остановись.

Крепче обняв его руками, она прильнула к его груди.

Прижавшись к его лицу и шее, на этот раз она зашептала ему на ухо, чтобы его братья не услышали с крыльца.

— То, что между нами, — тихо прошептала она. — Знаешь… эта связь? Ты сказал, что у тебя никогда раньше такого не было.

Тюр молча кивнул.

— Я сказала то же самое, — напомнила она ему, откидываясь назад, чтобы посмотреть на него. — Я говорила серьёзно. Ты знаешь, что я имела в виду. Ты знаешь, что это реально. И со временем это не утихает. Оно становится больше. Увеличивается всё время. И это реально. Для нас обоих.