На горизонте неясно проступили очертания грязно-белой громады Йорка: Вильгельм старался предусмотреть все случайности и на этот раз сделать крепость практически неуязвимой. На месте деревянного палисада, защищавшего выжженный остов старого бревенчатого здания, возводили каменные стены из знаменитого местного известняка. Они были почти готовы. На стройку пришлось согнать крестьян со всей округи. Обтесанные камни поднимали с помощью лебедок и блоков, но только человеческие руки могли с такой точностью уложить каждую глыбу на отведенное ей место. Из карьера камень доставляли на волокушах, запряженных волами. Работа шла споро, и вскоре Рольф убедился, что, кроме стен, Вильгельм уже успел построить два первых этажа цитадели.

Минуя предместья, рыцарь не раз ловил свое имя на устах у зевак, следивших за их продвижением к замку, пока наконец по подъемному мосту отряд не въехал во внутренний двор крепости.

Рольф велел своим людям ждать и направился прямо к шатру Вильгельма.

Король сидел в шатре в обществе Одо — своего сводного брата, недавно ставшего епископом Йорка. Как обычно, когда не было необходимости появляться на людях, он был одет в простую бежевую тунику, перетянутую вышитым зеленым кушаком. Мантия из пурпурного бархата тяжелыми складками лежала на его широких плечах. Рольф почтительно опустился на одно колено.

— Полно, вставай! К черту формальности! Лучше скажи, где же он — мне не терпится плюнуть в морду этой коварной свинье!

Рольф поднялся и посмотрел в глаза своему повелителю. Ни один гонец не мог бы добраться сюда раньше его — да если уж на то пошло, он не стал бы посылать своего человека с такой вестью, чтобы сделать себя жертвой монаршего гнева.

— Моркар сбежал, ваше величество!

Вильгельм разразился громкими ругательствами и яростно пнул попавшийся под ноги стул, а Одо в испуге вскочил с места.

— Вон отсюда! — взревел Вильгельм, но когда брат повернулся к выходу, он переменил свое решение: — Нет, лучше останься! Я требую отчета! — грозно обратился он к Рольфу.

— Сакс скрылся во время праздника по случаю свадьбы. Когда выяснилось, что он сбежал, уже поздно было снаряжать погоню. Теперь я в полном вашем распоряжении. — И Рольф с каменным лицом снова опустился на одно колено.

Вильгельм еще долго бушевал и метался по шатру. Одо предпочитал помалкивать и держался в стороне. Наконец король замер и мрачно уставился на покорно склоненную перед ним голову своего вассала.

— Не могу в это поверить! — Судя по всему, ему все же удалось обуздать свой крутой нрав. — Ты — мой лучший командир! Как такое могло случиться? Заговор? А может, кто-то подкупил часового?

— Часовой внезапно заболел, — доложил Рольф не моргнув глазом. — Из-за сильного расстройства желудка он покинул свой пост и за это посажен под арест. Полагаю, такого наказания будет достаточно.

— А ну-ка встань, дай я на тебя взгляну!

Когда Рольф поднялся, Вильгельм подозрительно спросил:

— Его отравили?

— Да.

— Черт побери! — Король стукнул кулаком по столу. — Эти саксы — настоящее змеиное отродье! Ну погодите, вы у меня еще попляшете! — Он снова обернулся к Рольфу: — Надеюсь, тот, кто все это подстроил, уже сидит за решеткой?

— Да, ваше величество, — нехотя ответил Рольф.

— Я желаю знать все подробности. Тебя что-то смущает?

— Нет, ваше величество. Рабыня дала отраву часовому, а потом освободила пленника. Она уже получила по заслугам.

— По заслугам? Надеюсь, ты ее повесил?

Под проницательным взглядом Вильгельма Рольф испытывал неприятное чувство, весьма похожее на страх, но боялся он не за себя. И все же он не мог солгать своему королю.

— Я приказал выдрать ее кнутом, ваше величество. Это отобьет у нее охоту строить козни.

— Ты что, рехнулся? — опешил Вильгельм. — Мерзавка увела у меня из-под носа зачинщика последнего мятежа — и отделалась поркой? Как прикажешь это понимать?

Теперь или никогда. Он должен выложить Вильгельму всю правду. Не сводя с короля неподвижного взгляда, Рольф спокойно, но без вызова ответил:

— Милорд, она всего лишь рабыня — моя рабыня, и до сих пор мои действия никогда не вызывали у вас сомнений. Я ее наказал. Она сидит под стражей в моем замке. Если бы я ее повесил, это могло бы вызвать бунт среди обитателей Эльфгара. К тому же у братьев, кроме политического, появился бы личный повод для вражды и мести. Мне кажется, я поступил достаточно мудро, что вовсе не снимает с меня ответственности за побег Моркара. Я готов принять от вас любое наказание. — По-прежнему глядя Вильгельму прямо в глаза, Рольф опустился на колено.