— Мне некогда.

— Хочешь, чтобы я поговорил с майором Паттерсоном о том, что у тебя нет времени поесть?

Айя вновь обернулась к нему и, непонимающе, воззрилась на едва уловимые в темноте черты лица. Откуда он знал, к кому ее приставили? Откуда вообще ему известно имя майора Паттерсона? Ах, да… Эрика, наверняка, разузнала все о том месте, куда ее отправили. Хорошая нянька, ничего не скажешь.

— Я поем, — тихо ответила Айя и, застегнув рюкзак, присела на кровать.

Орайя видел, как плавно ее веки опускаются на глаза и резко поднимаются вверх.

— Ложись. Я разбужу, когда столовую откроют.

— Нет, — отчеканила Айя и, достав из-под подушки планшет, включила его, взбираясь на койку с ногами и начиная водить пальцем по монитору.

Ногти снова помешали ей, и она скусила несколько, сплевывая огрызки в салфетку, припрятанную в кармане кофты. Один палец начал кровоточить, и она тут же сунула его в рот. Другая ее рука в это время что-то выводила на мониторе.

— Рисуешь? — спросил Орайя, поворачиваясь на бок и разглядывая ее, сидящую с пальцем во рту.

Айя посмотрела на Орайю и вновь отвернулась.

— Пальцами скрести удобней, чем стилусом?

— Удобней, — пробурчала Айя.

— Если найду краски, разрисуешь стены в этом свинарнике?

Айя вновь посмотрела на него и на этот раз едва заметно улыбнулась.

— Перед тем, как рисовать на металлической обшивке, ее нужно обезжирить и нанести грунтовку. Кроме того, не думаю, что остальные согласятся ночевать в отсеке, где будет вонять растворителем двое суток.

— Покажешь что-нибудь из своих работ?

Айя приподняла брови и отрицательно покачала головой.

— Ну, покажи! — засмеялся Орайя, спрыгивая с кровати и в одних штанах присаживаясь рядом с ней.

Айя тут же отключила монитор и сунула планшет под подушку. Орайя схватил ее за руку и поднес ее к своим глазам.

— Если тебе мешают ногти, почему не работаешь в перчатках?

Айя выдернула ладонь и тут же сунула ее в карман кофты.

— Поверхность монитора не абсолютно гладкая. На ней есть шероховатости. Мне нравится чувствовать их подушечками пальцев. Мои ногти оставляют царапины, и их я тоже чувствую. Поверхность монитора — это мой жизненный холст. Я помню моменты, когда оставила некоторые метки, и, ощущая их вновь и вновь, вспоминаю о том, кто я есть.

— Значит, поэтому ты не любишь рисовать стилусом?

— Когда Роэли только подарил мне мой первый планшет, я пробовала им работать. Но, иногда, я просто протыкала острым концом экран.

— А что Роэли думает по этому поводу?

Айя слезла с кровати и, схватив рюкзак, надела его на плечи.

— Столовая откроется через несколько минут. Я пойду.

— Подожди, я тебя провожу.

Орайя быстро метнулся к кровати и, накинув на себя майку, направился к выходу.

— Ты же не умывался…

— От меня что, несет? — приподнял брови Орайя.

— Нет, — хмыкнула Айя и улыбнулась.

— Да, заткнетесь вы оба или нет?! — раздался голос Террея, который к этому моменту уже был не в состоянии спать.

Йори начал приглушенно смеяться, закидывая на него свою ногу.

— Ванная свободна, — ответил Орайя и, открыв дверь в отсек, подал знак Айе, что пора уходить.

— Уберись, извращенец! — прошептал Террей, пытаясь подняться с койки, но Йори его не отпустил.

— За извращенца ты мне еще ответишь, — снова засмеялся Йори и прижал к себе Террея, проникая рукой под резинку его штанов.

Матриати хотел было врезать ему, но, в последний момент, просто закрыл глаза и откинулся на подушку.

***

Проследив за тем, чтобы Айя поела, Орайя вернулся в отсек и обнаружил Эрику, сидящую на кровати Айи и пытающуюся включить ее планшет.

— Положи на место! — прогремел голос Орайи, и Эрика, от неожиданности, подскочила на месте. — Еще чего, — прошептала она, продолжая вводить всевозможные пароли для того, что «войти» в операционную систему.

Орайя подошел к ней и, выдернув из рук белый монитор, бросил его на свою кровать.

— Это омерзительно — рыскать по чужим вещам в поисках чего-то интересного! Захочет, сама покажет тебе все, что тебя интересует. А не захочет — так тебе и надо!

— Она — дочь Роэли! И девчонка что-то скрывает! Неужели, ты так и будешь смотреть на все стороны, дожидаясь, когда она подставит тебя?

— Хочешь в душу к ней залезть? Там и так уже насрано!

— Какая душа? Это же планшет! Обычный компьютер, в котором она постоянно что-то рисует!

— Это — ее планшет, не твой. Еще раз увижу, что пытаешься его взломать, скажу Кимао.