Два могучих народа вытеснили коренных жителей в буш, с тех пор их называли бушменами. Между пришельцами - голландцами и банту («кафрами», на языке белых) началась война, белые победили и покорили черных. Такова была воля Божья.

Силы сатаны нарушили их покой, повернув весь мир против Южной Африки. Враги снабдили автоматическим оружием племя, которое стояло в своем развитии лишь на ступень выше, чем обезьяны. Только потом африканеры поняли - Господь послал испытание своему народу, а теперь собирался снова обратить свое лицо к нему.

Бэтон, техник со Звездного Девона, дрожа, наклонился над трупом официанта. В лацкан его куртки был вшит видеочип, и сейчас он записывал все происходящее. Тридцать сверхминиатюрных линз обеспечивали почти такую же четкость изображения, как и обычная промышленная аппаратура. Картинка не искажалась, даже если все устройство сгибалось при движениях ведущего запись человека.

Техник должен будет сделать научный отчет о происшедшем, но это уже не имело особого значения ни для африканера, ни для тех, кто его послал. Оружие работало, и ван Зелл доложит об этом. Как оно работало - неважно. Его предки не знали баллистики и литейного производства, когда своими длинными мушкетами сеяли смерть среди кафров на Кровавой реке.

Высокий светловолосый посетитель вбежал в кухню, Бэтон направился за ним, двигаясь, словно неисправный робот. Ван Зелл встал и пошел к выходу. У стеклянной двери, ведущей в ресторан, столпилось множество любопытствующих. Их лица сбивали с толку африканера, наводя мысли о том, что его оружие не сработало. Он так боялся, что их эксперимент провалится, он был уверен, что он провалится. От волнения он не мог есть то, что принес официант-араб, а ведь это была очень дорогая еда, а не пластиковые тюбики с белковой начинкой - его обычная пища. Успех был оглушающим и кровавым, все обернулось к лучшему.

Африканеры работали на строительстве большинства орбитальных станций, особенно много их было на научной станции в районе пояса астероидов. Эта станция олицетворяла усилия всех наций Земли, планеты, где африканерам не было места. Земля отвергла этот народ, и космос стал их домом. Их добродетели - отвага, самоотверженность и вера в Бога поддержали их, когда мир рухнул, и они приспособились к новой жизни.

Африканеры были молчаливы и замкнуты, они никогда не сходились с другими рабочими, несмотря на страшную скученность: во время стройки народу на квадратный метр приходилось больше чем в тюрьмах третьего мира, хотя при этом создавались просторные рабочие и жилые помещения для будущих колонистов. Щедрые во времена изобилия, африканеры становились скупыми в период лишений. При необходимости они могли переносить любые испытания.

А главное, они были упрямы и шли к своей цели, невзирая на любые препятствия, не слушая ничьих советов. Это свойство могло и погубить их, и спасти.

Ван Зелл привык к скученности, но не привык к чужакам. В массе незнакомых лиц, таращившихся на него через дверь, ему почудилось что-то сатанинское. Он вскрикнул, прежде чем понял, что все эти люди смотрят не на него, а на мертвого официанта за его спиной. Крик высокого африканера привел в движение всех остальных остолбеневших от ужаса посетителей, как удар бильярдного шара по пирамиде.

Индийские дипломаты вскочили со своих мест. Двое из них прижались к стене, остальные с воплями устремились к выходу во главе с женщиной в сари.

С силой, которую трудно было предположить в столь изящном создании, женщина ударила плечом в дверь аварийного выхода, но из-за скопления любопытных она открылась не больше чем на ладонь. Индианка закричала что-то на непонятном языке, и её яростный голос заставил зевак отпрянуть.

Дверь распахнулась, и Пит ван Зелл выбежал наружу, оттолкнув индийцев.

Движущиеся ленты шли по главному коридору в обоих направлениях, пересекая всю колонию. Роллеры переносили людей со скоростью семь километров в час. Тот, кто торопился, мог ещё бежать по ним, увеличивая таким образом скорость движения вдвое.

Роллеры требовали относительно много энергии, но здесь недостатка в ней не ощущалось. Спутник с гигантским параболическим зеркалом, вращающийся по орбите вокруг Луны, посылал отраженный луч Солнца на поля батарей в любое время лунных суток. Система работала бесперебойно, только иногда приходилось корректировать орбиту спутника из-за влияния гравитации Земли.

Ленты требовали больше энергии, но меньше пространства по сравнению с индивидуальными средствами передвижения. Теоретически для удовлетворения транспортных нужд колонии достаточно было построить несколько движущихся лент и пробить туннели для машин аварийных служб.

На практике же приходилось считаться с послами и главами делегаций, которые финансировали колонию и Службу Безопасности тоже, а она стояла за запрещение частного транспорта.

В результате выработался компромисс, довольно неудобный для обеих сторон, как это обычно и бывает. Каждой делегации специальным предписанием было позволено иметь два транспортных средства. Но поскольку в ООН входили сто шестьдесят стран, легко представить, сколь катастрофической была бы ситуация, если бы каждая делегация действительно завела себе по две машины.