Сухость ее тона явно огорчила Бартлета.

— Я понимаю, что нарушил ваше право на уединение. Но я только хотел помочь. Я больше не буду совать нос в ваши дела. И надоедать тоже не буду. Просто Тревор думает, что я могу помочь охранять вас… — Он поморщился. — Нет, это слово не годится. Для такой работы требуется склонность к насилию, которой у меня нет. Это конек Тревора, и он отлично им пользуется. Но я могу помочь вам по-другому.

— Как именно?

— Я — искусный наблюдатель. — Он серьезно добавил: — Могу поклясться, ничто и никто не проскользнет мимо меня незаметно.

Винни-Пух — внезапно поняла Джейн. Он напоминал ей Винни-Пуха. Широко открытые глаза и обезоруживающая непосредственность.

— Это очень успокаивает.

Он кивнул:

— Это мое лучшее качество. Довольно скромное, но покой — это тоже кое-что. Это могли бы подтвердить три мои бывших жены. — Внезапно на его лицо набежала тень. — Нет, две. Эллен больше ничего не сможет подтвердить. — Он отвернулся. — Я только хотел сообщить вам, что нахожусь на посту.

— Подождите.

Бартлет обернулся.

— Хотите чашечку кофе?

— Нет, спасибо. — Улыбка озарила его по-мальчишески пухлое лицо. — Вы очень добры, но мне пора на дежурство.

Она тоже улыбнулась и стала следить за тем, как он спускается по ступенькам.

— Это был Бартлет? — спросила Ева, остановившись рядом.

— Наверное, да. — Она покачала головой. — Или Винни-Пух. А может, Питер Пен…

—Что?

— Хочешь убедиться лично? Тогда предложи ему чашку кофе. — Джейн серьезно добавила: — Он на дежурстве и поэтому отказался.

Ева увидела, что Бартлет подобрал кусок гальки и пустил его скакать по воде.

— Может быть, и предложу. — Она повернулась и пошла на кухню.

Весь остаток дня Джейн видела Тревора только издали. Он был очень занят и деловито разговаривал с Сингером и его людьми. Ее опасения не подтвердились: Тревор не относился к охранникам свысока. Конечно, он был здесь главным, но держался с ними на равных.

Он приехал к коттеджу, когда совсем стемнело. Поговорил с Бартлетом, а потом вышел из «Сабурбана», нагруженный каталогами и свертками.

— Я привез вашу почту, — сказал он, поднявшись на крыльцо. — Но сначала проверил ее. Она всегда приходит к вечеру?

Джейн кивнула:

— Около четырех. — Она отложила ноутбук и протянула руку за свертком. — Спасибо. Но вам не нужно было ее забирать.

— Нет, нужно. Ваш почтовый ящик находится в трех милях от шоссе. Я хотел удостовериться, что там нет никаких сюрпризов. Поскольку Альдо жил в лесу, то он наверняка время от времени проверял ваш почтовый ящик. Во всяком случае, я на его месте поступил бы именно так. Никогда не знаешь, что может пригодиться во время охоты. — Он сел рядом на ступеньку. — Но, кажется, тут не из-за чего беспокоиться. Почта главным образом адресована Еве.

— Как обычно. Ева — знаменитость, и очень многие хотят воспользоваться ее услугами. Но ей не понравится, что вы рылись в ее почте.

— Я же сказал, что не хочу никаких сюрпризов.

— Чего вы ждали? Что из почтового ящика вылезет кобра?

— Нет. Это не в стиле Альдо. Но Джулия Брэндон была убита ядовитым газом. Есть способы, позволяющие убивать даже с помощью конверта.

— Сибирская язва? — тут же вспомнила Джейн.

— Или что-нибудь еще. Не думаю, что Альдо захочет лишить себя удовольствия убить человека собственными руками, но он не всегда предсказуем.

— Я вижу, вы хорошо осведомлены. Ядовитый газ… Ведь так умерла только одна жертва, верно? Других он топил, сжигал и душил. Для серийного убийцы он слишком разбрасывается. Обычно у них есть любимое оружие, верно?

— Он не разбрасывается. Во время извержения жители Геркуланума умирали именно так. Альдо раз за разом убивал Циру с помощью того, от чего она могла умереть в ту ночь.

О боже…

Нет воздуха. Жарко. Жарко. Жарко.

— Что с вами? — спросил Тревор, глядя ей в лицо.

— Все в порядке. — Она отвернулась и посмотрела на озеро. — Как умерла Цира?

— Не знаю. Все свитки в библиотеке были посвящены ее жизни, а не смерти.

— Так, может быть, она вовсе не погибла в Геркулануме? Ведь кто-то же выжил, правда?

—Да.

— Если так, то она могла быть одной из них.

— Если бы Цира выжила, то о такой женщине слышали бы и после катастрофы. Она была не из тех, кто сникает от неудач.

— Может быть, у нее была причина исчезнуть.

Тревор немного помолчал: