А Джо не помнил, чтобы она вела себя как ребенок, разве что когда бегала по холмам наперегонки с Тоби…

— Очень грустно, если это так.

— Да нет. Просто так оно и есть. Держу пари, что Ева чувствует то же самое.

Он улыбнулся:

— Да, Ева — твой образец для подражания.

— Лучшего у меня не было.

Его улыбка поблекла.

— Да, не было. — Куинн накрыл ладонью руку Джейн, все еще лежавшую на его предплечье. — Но вы обе могли бы больше мне доверять.

— Я постараюсь. — Джейн сжала его руку. — Но с Евой справляйся сам. Ты знаешь, что она на твоей стороне. Это упрощает дело.

— На моей, но со множеством оговорок.

Джейн покачала головой:

— Ты когда-нибудь думал, почему прожил с ней столько лет?

— Нет. Просто я люблю ее.

— Любить такого человека, как Ева, очень трудно. Она сама расскажет тебе, как боится.

Джо прищурился:

— К чему ты клонишь?

— Я думаю, тебе не нравится то, что легко дается. Тогда ты начинаешь скучать.

— Ты бредишь.

— Ты любишь Еву. И меня. Остальное неважно. — Она встала. — Извини, что солгала тебе. Постараюсь больше этого не делать. Спокойной ночи, Джо.

— Спокойной ночи.

В дверях она остановилась:

— О Треворе что-нибудь слышно?

— Не знаю, стоит ли с тобой разговаривать об этом типе. Я все еще злюсь. — Он нахмурился. — Как сквозь землю провалился. Утром Кристи сказала, что скоро должен прийти отчет из Йоханнесбурга. Похоже, в их базе данных что-то нашлось.

— Покажешь мне?

— Может быть.

— Джо, незнание опасно. Разве это не твои слова?

— Нужно было вспомнить их, когда ты держала нас в неведении.

— Джо…

Он выдержал паузу.

— Ладно. — Потом тяжело поднялся. — Пойду прогуляюсь. Мне нужно успокоить нервы. Скажи Еве, я ненадолго.

Джейн с тревогой посмотрела на него.

— Будь осторожен.

— Кто бы говорил… Осторожным нужно быть не мне, а тебе. — Он сделал паузу. — Джейн, в лесу полно полицейских. На сей раз к тебе никто не подберется.

— Наверное, ты прав. — Она отвела взгляд от темных деревьев, открыла дверь и снова повторила: — Будь осторожен!

— Удача! — сказала Кристи, когда Джо подошел к телефону на следующее утро. — Мы получили данные о Треворе.

— Рассказывай.

— Родился в Йоханнесбурге тридцать лет назад, его настоящее имя не Марк Тревор, а Тревор Монтер. Его родители — колонисты. Когда мальчишке было десять лет, их убили повстанцы. Тревора отправили в детский дом, в шестнадцать лет он вышел оттуда. Отзывы учителей довольно разноречивые. Кое-кто был не прочь упечь его в тюрьму и выбросить ключ. А другие хотели дать стипендию и отправить учиться в Оксфорд.

— Почему?

— Он потрясающе талантлив. Просто феномен. Один из блестящих умов, которые доводилось видеть его учителям. Математика, химия, литература. Что ни назови, знает все. Высший балл по любому предмету. Словом, гений.

— Особенно в области карт.

— Это самое известное из его увлечений. О том, что он был наемником, ты знаешь. Несколько лет после этого покрыты мраком. Потом он начал совершать круизы по казино и промышлять контрабандой антиквариата. Однажды его задержали в Сингапуре за попытку вывезти ценную вазу времен династии Тан. Конечно, он отвертелся, но его занесли в список нежелательных лиц. В общем, подозрений куча, а улики ни одной. Либо он феноменально осторожен, либо потрясающе умен.

— Скорее умен. В том, как он проник ко мне в дом, осторожности не было ни на грош. Нам нужно найти сведения о его связи с Альдо. На портрет Альдо еще никто не откликнулся?

— Пока нет. Жаль, что у тебя нет отпечатков пальцев.

— Забудь об этом. Он стер их даже с собачьего ошейника. А что слышно насчет вулканического пепла?

— Круг сузился. Это либо Кракатау в Индонезии, либо Везувий, либо Монсеррат.

— Замечательно. Ничего себе «сузился». Разные части света.

— Они пытаются очистить образцы. По словам экспертов, это не так трудно. У каждого вулкана своя тефра.

— Тефра?

— Неконсолидированное мелкозернистое пирокластическое вещество.

— Пепел, что ли?

— Ага. О господи, я начала говорить, как эти парни из лаборатории, верно? В общем, стекловидные частицы у каждого вулкана разные. По этому и определить его можно. На самом деле ученые могут определить не только вулкан, но и то, из какой его дырки взята тефра.

— Тогда в чем проблема?

— Оказывается, это смесь. Они до сих пор ломают себе голову.

— Чудесно.

— Я тороплю их, а они все возятся. — Она сделала паузу. — Джо, я понимаю твое нетерпение. На твоем месте я бы тоже выходила из себя. Просто хочу напомнить, что все мы здесь работаем как проклятые.