Я не перебиваю.

— Так вот, — Константин Федорович внимательно посмотрел на меня, — получается, что мой собственный сын поднял на меня руку, нарушив тем самым все уложения и вассальную присягу. Если бы я узнал об этом раньше… пришлось бы его изгнать. И жить с клеймом, которое серьезно подкосило бы мою репутацию. Меня беспокоит, что исчез целый пласт воспоминаний, но, быть может, оно и к лучшему.

Друцкий на несколько секунд задумался.

— Честно говоря, — тихо произнес мой собеседник, — я бы не стал преследовать шиноби, устранившего Виктора. Подозревать близких не хочется. Думаю, этот человек обладает незаурядными способностями и вряд ли позволит себя вычислить. Похороним эту тайну — и дело с концом.

— Зачем вы всё это говорите мне? — задал я вполне логичный вопрос.

В душе крепло неприятное ощущение, что Друцкий знает либо догадывается о моей роли в недавних событиях. И попросту не хочет копать дальше.

— Решил, что ты должен знать, — улыбнулся глава рода. — Ты член нашей семьи, хоть и не бываешь на общих собраниях. Самостоятельность — это похвально. К тому же, теперь ты можешь не опасаться за свою жизнь — никто больше не нанимает корректировщиков, чтобы единолично завладеть наследием клана. Думаю, это хорошая новость в твой день рождения.

Я даже не пытаюсь изображать удивление.

Глава рода непостижимым образом знает.

С другой стороны… много ли у него в семье корректировщиков по отцовской линии? Несложно ведь догадаться, кто мог вступить в конфликт с Виктором. Если действующие лица драмы очевидны, выстроить вероятный сценарий произошедшего — дело одного часа.

— Впрочем, я отвлекся, — Константин Федорович резко сменил тему. — Ты достиг совершеннолетия. Значит, нужно подумать о будущем.

Лидер клана тронул сенсор в спинке переднего кресла. Открылась неприметная ячейка, из которой дед ловким движением извлек папку с документами.

— Что это? — заинтересовался я.

— Сейчас узнаешь, — Константин Федорович развязал красную тесемку. Папка была сделана из плотного картона и украшена до боли знакомым гербом. Меч и четыре полумесяца в красном поле. Распахнутая горностаевая мантия с золотыми оборками. Красная, напоминающая царскую, корона. — Начну с того, что я отказался от усыновления, исключил из рода непонятного Кена Мори и восстановил в законных правах своего внука Сергея Друцкого. Вот соответствующие бумаги.

У меня в руках оказались плотные бланки с печатями императорской Герольдии. Ну, и с родовыми оттисками, куда ж без них.

— Мы относимся к сословию потомственных дворян, — напомнил мне дед, перебирая документы в папке. — Друцкие — именитые граждане, получившие от императорского рода неотъемлемое право передавать свой титул по наследству. Формально к тебе обращались «Ваше Сиятельство», но с точки зрения казуистики аристократом ты не был. Сейчас, когда тебе исполнилось восемнадцать, ты автоматически получаешь титул графа. Однако важно понимать, что моя дочь не была старшей в роду. Следовательно, передачу титула твоим потомкам по мужской линии потребуется заслужить.

Услышанное меня насторожило.

— Это как?

— Ты можешь стать военным, — пояснил свою мысль дед. — Или сделать карьеру в одной из императорских спецслужб. Чины, приносящие дворянство в соответствии с Табелью о рангах, тоже сгодятся. До 1900 года ты не получил бы и графского титула. Потребовалось бы ждать тридцатилетия при условии безупречной и непрерывной службы. Сейчас законы более мягкие. Нужно отработать двадцать лет в госструктурах, причем можно это делать с перерывами. После этого ты получишь право потомственной передачи титула старшим и младшим детям на три поколения. И, разумеется, сможешь основать собственный род под протекцией нашего клана. Вот соответствующее распоряжение. И дорожная карта с рекомендациями от Герольдии.

Ко мне перекочевали новые бумажки.

— А обойти службу никак? — уныло поинтересовался я.

— Почти никак, — Константин Федорович сделал ударение на первом слове. — Чаще всего младшие и средние сыновья дворян решают эту проблему через женитьбу. Подыскивается девушка из приличной семьи… Главное условие — твоя избранница должна быть единственной дочерью. Или старшей в роду. Тогда ее привилегии будут переданы вашим общим детям.

Вот же хитрый жук. Наверняка уже выяснил, кто меня охраняет. Даже если не знает о наших отношениях с Ариной, то считает наперед. Мне очень нравится эта девушка, и с каждым днем связь крепнет. Вот только я не хочу жениться исключительно по соображениям передачи титула и привилегий. Даже в патриархальном сословном обществе есть множество путей для того, чтобы сделать своих детей влиятельными, обеспеченными и счастливыми.

Впрочем…

Речь могла идти не об Арине.

— Ты мне уже кого-то… подобрал?

Глава рода выдержал брошенный на него негодующий взгляд.

И мягко произнес:

— Варианты всегда есть. Но я не собираюсь давить на тебя, внук. Не переживай.

— Спасибо.

— Не за что, — дед откашлялся и вновь зашелестел бумагами. Тема разговора вновь изменилась. — Ладно, перейдем к финансовым вопросам. У тебя появилось право участвовать в делах клана, обладая правом голоса. Кроме того, часть наших доходов на совершенно законных основаниях будет распределяться в твою пользу. Естественно, доля скромная, если сравнивать с моими сыновьями… Вот, вот и вот.