Шрифт:
— В смысле?
— Подтянул наших местных пацанов. Конкретно, конечно, ничего не рассказал. Просто объяснил, что ко мне могут приехать из города на разборки. Сказал, что люди опасные, хоть и выглядят безобидно. Пацаны говорят — пусть приезжают. Руки, ноги им переломаем, обратно в тачку посадим, как будто, так и было.
— Серьёзные у тебя друзья, — усмехнулся Андрей.
— Да, у нас тут есть суровые парни. Ну, я ещё ружьё у соседа позаимствовал. Хоть и дробовик, но всё же лучше, чем ничего.
— И он тебе просто так отдал оружие? — усомнился Андрей.
— Не, сам бы он не дал. Нудный такой мужик. Но ведь я кое-что могу. Зря учился что ли? В общем, поболтал я с ним, да и одолжил ружьё. Он не был против. Надеюсь, не пригодится.
— Не пригодится. Мы теперь это точно знаем.
— Да? Рассказывай, чё там у вас?
— Николаича мы всё-таки поймали.
— О, ну вы крутые! Просто крутые, — с восхищением произнёс Денис.
— Мы узнали у него, что ты им не интересен. Тебе и твоей семье ничего не угрожает. Так что, можешь возвращаться.
— Это точно?
— Абсолютно.
— Ну, класс! Вот это хорошая новость, — обрадовался Денис. В его голосе явно слышалось облегчение.
— Но, конечно, тебе нужно быть осторожным. Мы не знаем, как там дальше будет.
— Обязательно. Тогда я завтра возвращаюсь на учёбу. От меня щас что нужно?
— Ден, пока ничего. Щас, вообще, мало, что понятно. Семён оказался человеком весьма непростым. Всех секретов пока не раскрывает. Нам надо со всем этим разобраться. Потом, может, помощь твоя понадобится. А пока занимайся учёбой. Но только будь на связи.
— Хорошо. Если что-то будет нужно, сразу звоните.
— Конечно. Ну, удачи тебе.
— Спасибо вам, парни. До связи.
Андрей положил трубку.
— Ну, ты всё слышал, — сказал Андрей. — Илья возвращается в институт. Он подтвердил, что мы можем на него рассчитывать.
— Ничего другого я от него и не ждал, — серьёзно ответил Илья.
— Ладно, я всё же хочу ещё раз с Семёном поработать. Надо же хоть что-нибудь из него вытрясти.
— Давай, — скептически произнёс Илья. — А я пойду ужин приготовлю.
Глава 9. Прозрение
Проснувшись утром, Илья зашёл на кухню и увидел Семёна, который лежал на полу, положив голову на свободную от наручников руку. Он не спал и выглядел совершенно растерянным, как будто его привели сюда только что.
— Как спалось? — со злой ухмылкой спросил Илья.
Семён не отреагировал и лишь на секунду взглянул на Илью, а потом отвернулся и продолжил смотреть в пустоту. Не видя перспективы в дальнейшей беседе, Илья включил чайник и сел за стол. Андрей тоже уже проснулся и, услышав голос Ильи, встал с дивана неспешно оделся и пошёл на кухню.
— Какие планы не сегодня? — спросил Андрей, разгоняя остатки сна.
— Щас подумаем, — ответил Илья.
— Чё-то от этого вообще никакого толку, — недовольно произнёс Андрей, указав на Семёна.
— Со мной какая-то ерунда творится. Я не могу ничего вспомнить, — сказал Семён, заметив, что на него обратили внимание.
— Ты и вчера не мог, — зло усмехнулся Илья.
— Нет, вчера я всё помнил, просто как-то странно было, — удивлённо ответил Семён. — А сейчас что ни пытаюсь вспомнить, ничего конкретного не вспоминается.
— Надо же, до него начало доходить, — раздражённо заметил Илья.
— Что это, вообще, за хрень такая? Надо уже как-то с этим разобраться, — деловито произнёс Андрей.
— Надо. Только как?
— Я не знаю, — пожал плечами Андрей. — Вообще непонятно, что всё это значит.
— Есть один способ, — неожиданно отозвался Семён.
— Какой? — с интересом спросил Андрей.
— Ты должен проникнуть в моё сознание.
— Э, нет! Нельзя этого делать, это слишком опасно, — воскликнул Илья.
— Я знаю, я пробовал, — спокойно ответил Андрей.
— Это и с нормальным-то человеком рискованно. А у Семёна такой бред в голове, — настаивал Илья.
— Допустим, я проникну в сознание, — обратился Андрей к Семёну. — А какой он этого толк? Ты же сам ничего не помнишь.
— Проникнуть в сознание тоже можно по-разному, — объяснял Семён. — Если сразу разорвать контакт, то получишь только то, что на поверхности. А если постараться посильнее, то узнаешь всё. И то, что объект помнит и то, что давно забыл. Уже потом информация распределиться по уровням памяти. Что-то будет легко вспомнить, а что-то труднее.