— Врач-ебач.

— Вот это каламбур, какая умница. — Хоффман было снова начал улыбаться, но в тот же миг стал серьезным. — А вообще, после таких шуток я начинаю сомневаться в силе твоего интеллекта.

— В своем сомневайся, раз ржешь над этим. — в этот раз Хелен, кажется, успокоилась. — Никак в толк не возьму, ты это сейчас серьезно? Обрабатывать что-то взялся, тут ничего и нет особо. Если забить на это, оно и само заживет.

— Думаю, все, кто лишился глаза так же рассуждали. И потом, не все же тебе одной мать-Терезу из себя строить. Вот еще что. Стоит быть осторожнее, ты всего лишь подросток, а на улицах могут быть люди куда более опытные и жестокие, нежели кучка таких же подростков, рыскающих в поисках легкой наживы. Скажу больше, тебе стоило отдать им телефон. Потом можно будет купить новый, и поверь, это намного дешевле, чем вставлять новый глаз или лечить сотрясение. — Было видно, Хоффман серьезен как никогда ранее, в общении со своей новой знакомой. — Будь благоразумнее, Хелен. — Он слегка улыбнулся. Чувствовалось, что девушка немного вздрогнула, когда ее назвали по имени.

— Слабак.

— Что?

— Ты не слышал меня? Ты бесхребетный слабак. Откупиться от трудностей и бежать, поджав хвост. Теперь понятно, почему ты остался один. Или другой вариант, твоя баба была такой же. Но тогда она ушла не просто от тебя, а к другому.

— Какой же ты все-таки ребенок. — Спокойно сказал Райт, но на его лице мелькнула тень раздражения. — Я закончил. — С этими словами он встал и ушел к себе.

Хоффман стремился не показывать своей раздражительности, но ее слова его задели. Настолько, что мысли о Тине, как ни странно, вытесняла злоба. Он медленно опустился на кровать и посмотрел в потолок. Это всего лишь глупый ребенок, но почему он принимает ее слова в серьез? На это вообще не стоило обращать внимания. Он корил себя за то, что думает об этом, за то, что он более не стрессоустойчивый, за то, что сейчас думает вообще. Лучше бы помедитировал, или почитал. В его теле сейчас варились те эмоции, которых он не испытывал до этого, и не мог понять. Ему хотелось кого-нибудь побить, кому-нибудь сделать больно. И не только сейчас, это чувство зрело в нем после ухода Тины и усилилось, когда въехал новый человек. Вместо нее.

Сегодня он снова будет пить. Но, более, не выйдет из комнаты.

— Уау! Так у тебя еще и сестра есть?

— Ну да. И не одна. Правда мы не кровные родственники…

— Это круто. У меня нет ни сестер, ни братьев, ну, почти… И у родителей так же. Они живут очень далеко отсюда, но знаешь, я не скучаю. Слушай дед, а вы с той бабой того? Женаты были?

— Нет, не были. — Райт несколько смутился. Вообще вопросы о их положении с Тиной, что тогда, что сейчас его изрядно напрягали. — Мы собирались расписаться, но времени все никак не находилось…

— А, пустые отговорки. Но если вам это было не нужно, я молчу. Тогда вот что, вы хоть спали вместе?

— Вместе. — Хоффман поджал губы. — Что за вопрос вообще?

— Вопрос как вопрос, а что? — Хелен отчаянно ковыряла вилкой брокколи. — Может вы были эталоном целомудренных пар, а? Ты не плохо готовишь кстати, вот только я не ем такое. — Она брезгливо отодвинула от себя тарелку и села поудобнее на стуле.

— Напрасно. Это здоровая пища, растущему организму необходимо.

— Судя по всему, ты тоже все еще растешь — она довольно хихикнула и посмотрела на своего собеседника.

— Мы вместе начали это, но вместе не закончили. — Райт сам не понимал, почему продолжил эту неловкую для себя тему. — Начинали, пробовали, мы были первые и единственные друг у друга. — Он вздохнул и закрыл глаза. В тот же момент, его собеседница поперхнулась соком и громко засмеялась:

— То есть как? То есть ты, дядя, был девственником?? До двадцати, или сколько там… лет?? — Хелен, в приступе смеха, начала стучать рукой по столу. Хоффман сузил глаза, а затем злобно ухмыльнулся:

— Ты, я смотрю, опытная уже, стыдиться нечего, а?

— Ну… — Хелл потупила глаза. — И да, и нет.

— Что?? — Доктор удивленно усмехнулся и продолжил расспрашивать. — То есть как? Ты спала с кем-то, но аккуратно? Или это просто формальности? Так или иначе…

— Меня изнасиловали. Год назад. — Хелен вновь отпила сок. На ее лице не возникло ни печали, ни страха. Она всего лишь с удовольствием пила сок. Райт повис в ступоре. Его собеседница сделала еще глоток и пояснила. — В рот изнасиловали. Что? Формально девственница, но уже и не очень.

— Эм… — Хоффман осел. Он явно не знал, что ей ответить, и как повернуть диалог в другое русло. — И что потом? Его посадили хоть?

— Не-а. Я никому не рассказывала об этом, и потом больше я его не видела. — Довольная девушка отломила кусочек печенья и отправила его в рот.

— Ладно. Закрыли тему, я не хочу знать подробностей. — Мужчина тихонько кашлянул и встал из-за стола. — Мы можем дружить если что, все в порядке.

— Кажется ты немного очах. — Хелл добродушно улыбнулась. — Это здорово, только посуду ты моешь. Правда. Это омерзительно. Фу.

У врача задергалось нижнее веко. Все оказалось так, как он предполагал. Кто бы мог подумать, что внешность окажется настолько говорящей… Минуту помолчав, он ответил:

— Ладно. Мне все равно. Так или иначе, тяжело воспринимать тебя как взрослого, полноценного человека. Пусть будет… Младшая сестренка. — Райт натянул улыбку. Хелен, кажется, нисколько не обиделась и, закинув руки за спину, воскликнула:

— Лады!

Медленно зайдя к себе в комнату, Хоффман думал только об одном: завтра он вновь выходит на работу. Он снова увидит ее. Как это пережить? Что говорить, как вести себя? Вероятно, Никак. Просто с головой уйти в работу. Это будет не легко, но он справится. Он же не слабак, верно?